Книга Усадьба госпожи Ленбрау, страница 87 – Лилия Орланд

Зачем? Я не знаю. Вряд ли в тот момент сама это осознавала. Мной овладело странное чувство. Оно отключило мозг, способность мыслить и здраво рассуждать. Осталось только азартное желание, чтобы Ленбрау повернулся.

Поэтому я стояла, прижавшись лицом к щели, и ждала.

Барабаны в груди отстукивали африканский ритм. Невидимый барабанщик с каждой секундой всё ускорял и ускорял темп. Я затаила дыхание в ожидании момента истины.

Время замедлилось. Оно словно бы растянулось в пространстве. Отчего Идан поворачивался будто в замедленной съёмке. С издевательской неторопливостью. Сначала плечо, за ним грудь, голова, бёдра.

Наконец доктор полностью развернулся и предстал передо мной во всём своём великолепии.

Ну что я могу сказать. Ленбрау прекрасно сложён. Той ночью было темно. К тому же я считала происходящее сном и не уделяла особого внимания партнёру. Только своим ощущениям с ним.

Зато сейчас могла рассмотреть в деталях всё, что прежде скрывала одежда. И кажется, детали я как раз и разглядывала дольше всего.

Затем Идан преодолел четыре шага, отделяющих стул от ванны. Медленно, нарочито красуясь, будто знал о моём присутствии, залез в воду. И сел спиной ко мне.

Я вспомнила, что всё это время не дышала, и с шумом выпустила воздух из лёгких. Тут же спохватилась, что он может услышать, и отпрянула от двери.

Меня подвела координация.

Из-за резкого движения нога подвернулась. Я взмахнула рукой и ударилась локтем о створку двери, которая медленно и со зловещим скрипом начала открываться.

Ленбрау схватился за бортики ванны и обернулся.

Наши взгляды встретились на бесконечно длинное мгновение. Синие глаза против карих.

Не знаю, о чём подумал в этот момент Идан, а у меня в голове тоненьким голоском кто-то отчаянно вопил: «КАТАСТРОФА!».

Я первой моргнула и отпрянула назад. Ступня, о которой я совсем забыла, продолжила движение в сторону. Я снова взмахнула руками. Однако теперь стояла почти посреди коридора, и рядом не было ни двери, ни стены, за которую можно ухватиться.

Поэтому я шлёпнулась на зад, одновременно почувствовав резкую боль в правой щиколотке.

Не вскрикнула, лишь застонала протяжно, втягивая воздух сквозь зубы. Но и этого оказалось достаточно, чтобы Идан единым движением выпрыгнул из ванны. Услышав плеск воды, я подняла взгляд и тут же отвернулась. Выставила перед собой ладонь.

— Нет! Стойте! Не подходите!

Минуту назад я любовалась на его наготу. Однако сейчас, когда он знает, что я смотрю, и сам смотрит, это стало попросту невозможным.

— Со мной всё в порядке. Вернитесь, пожалуйста, в ванную.

Испуганная и смущённая своим идиотским поступком, я сидела на полу, по-прежнему выставив перед собой ладонь и не глядя на Ленбрау. Лишь надеялась, что он услышит мою отчаянную мольбу и уйдёт.

Когда, скрипнув, закрылась дверь, я была готова разрыдаться от облегчения. Кое-как поднялась на ноги. А затем, стиснув зубы и прихрамывая на правую ногу, поковыляла в библиотеку.

Зайдя в мастерскую, обессилено опустилась на софу. Что я натворила? Картинки воспоминаний услужливо всплывали в памяти, рисуя калейдоскоп моего фиаско.

Что вообще на меня нашло? Зачем было подглядывать за доктором? Детский сад какой-то.

— Женя, ты взрослая женщина, а ведёшь себя как сопливая девчонка, которая никогда мужика голого не видела! – отругала себя шёпотом.