Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 9 – Лилия Орланд

Мы торчали под дверью отцовского кабинета. По очереди подглядывали в замочную скважину и подслушивали, о чём там говорят. Похоже, карты различались так сильно, что ни один не мог найти знакомые места.

Отца сильно заинтересовала эта загадка, и он предложил Валентину помощь в поиске его дома. Они составили маршруты. И следующие несколько недель уходили в лес, пытаясь найти то место, где Валентин заблудился.

Иногда они проводили в лесу по два-три дня. А когда возвращались, снова запирались в кабинете и сличали карты, на которых не было общих мест. Ни одного.

К началу лета мы уже знали, что Валентин пришёл из другого мира. И пути назад для него нет.

В самый первый вечер наш гость сказал, что у него нет денег, чтобы отблагодарить за помощь и приют. Однако в его рюкзаке оказалось то, что мы с братом сочли настоящим сокровищем.

Валентин сказал, что везёт своим сёстрам гостинцы.

Они были похожи на маленькие солнца. Небольшие, круглые, желтовато-оранжевого цвета, почти золотые. Сначала мы решили, что это мячи. Но он посмеялся над нами. Взял нож и срезал верхушку.

В нос мне ударил такой яркий и сильный аромат, что от неожиданности я чихнула. Валентин посмеялся. Затем показал, как счищать кожуру. Внутри оказались такие же жёлто-оранжевые дольки, сочные, кисловато-сладкие, с множеством маленьких капелек сока. Долек было ровно десять, друг от друга их отделяли тонкие, почти прозрачные перегородки.

В тот миг, когда я положила в рот первую дольку, подумала, что к нам всё же попал Добрый волшебник.

Валентин назвал эти маленькие солнца апельсинами.

Он попросил не выбрасывать косточки, потому что хотел вырастить апельсиновые деревья у себя дома. В этот момент я почувствовала грусть. Я поняла, что не хочу, чтобы Валентин вернулся домой. Мне хотелось, чтобы он остался. Сначала из-за необычных и ужасно вкусных фруктов, которые заполняли его рюкзак. А затем… затем во мне зародились иные чувства.

И моё желание исполнилось. Валентин остался в нашей усадьбе.

Госпожа Берри снова улыбнулась, но затем вздохнула.

— Однако сам он не был этому рад. У нас всё было иначе, отлично от того, к чему он привык. Другой мир, другие нравы. Как он сам говорил – «иной менталитет». К тому же Валентин скучал по дому, по матери и сёстрам.

В своём мире он был студентом университета, поэтому отец нанял его к нам в наставники. Он считал, что это принесёт пользу всем троим. Валентин получит знания о нашем мире, а мы научимся общаться и грамотно разговаривать. Ведь, несмотря на то, что он пришёл из другого мира, язык у нас был один.

Мы с братом проявляли равнодушие к учёбе. В точных науках так вообще путались. Прежние наставники сумели научить нас разве что считать. Зато мы обожали книги о дальних странствиях и приключениях. Наверное, поэтому Валентин виделся мне ожившим воплощением мечты. Мы с Гевином рассказывали прочитанные нами истории, а он правил нам слог, учил составлять слова в предложения, подбирать синонимы и эпитеты.

Я влюблялась всё сильнее с каждым днём.

Однако видела, что Валентин тосковал. Он часто бывал задумчив, уходил в себя. Иногда приходилось тронуть его за руку, чтобы он услышал вопрос. Мне хотелось сделать для него что-то приятное. Такое, чтобы Валентин понял, что он не один, что здесь у него тоже может быть дом, если сам этого захочет.