Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 49 – Лилия Орланд

В детстве я каталась один раз на ослике и два – на пони. Только вряд ли этот опыт мне сейчас поможет. Представила, как пытаюсь залезть на лошадь в своём длинном платье, и улыбнулась.

— Есть у нас дрожки. Давеча Глен мой проверял. Говорит, в рабочем состоянии. Как в воду глядел, что понадобятся. Так-то мы с ним, когда в город выбираемся, всё на телеге. Но, что медленней на ей, тут ваша правда, барышня. На дрожках-то поскорее будет. Когда, говорите, вам надобно?

— Хотелось бы сегодня, – я задумалась лишь на секунду.

Ну а чего время тянуть? Мне нужны дополнительные работники в оранжерею. Госпоже Берри нужен врач. Вот я сразу двух зайцев и поймаю.

— Так я скажу ему, чтоб запрягал. Как раз дел у него нету. Раньше-то Глен мой то скосить, то сучья собрать, то ещё что – и так весь день занят. А теперь вы молодых мужиков привезли. Ему за ними не угнаться. Те и сказали, чтоб не мешался под ногами. Так он рад будет, что вам услужить сможет.

Я подумала, что провести несколько часов наедине с Гленом – такая себе идея. Но и зря отрывать мужчин от работы, когда в усадьбе столько дел, не хотелось. Ладно, потерплю. Подумаешь, послушать болтовню старика по дороге. Главное, чтобы ружьё с собой не брал.

Я поблагодарила Маршу за помощь, допила кофе и отправилась на «планёрку». Затем встретила парней с лестницей, сообщила, что они сегодня работают без меня, потому что вернусь только к вечеру.

Пока хлопотала, подошло время завтрака. Я шла на террасу с некоторой тревогой. Меня беспокоило здоровье Азалии и то, как она отнесётся к моей затее. Если вечером, всё казалось простым – привожу доктора, он её осматривает, назначает лечение, тётушка выздоравливает. То сейчас, когда придётся говорить с ней и хитрить, глядя в глаза, я начала нервничать.

Впрочем, её самочувствие важнее недовольства. Пусть я и собираюсь обмануть самого близкого в этом мире человека – у меня уважительная причина.

Когда госпожа Берри вышла на террасу, кутаясь в тёплую шаль, все мои сомнения рассыпались, оголяя истину – если в ближайшее время её не осмотрит доктор, близких людей в этом мире у меня может не остаться вовсе.

А значит, муки совести нужно гнать прочь.

— Доброе утро, тётушка, – я улыбнулась, стараясь не выказывать беспокойство слишком явно.

— Доброе, детонька, доброе, – произнесла она еле слышно.

Айне принесла самовар, затем блюдо с высокой стопкой тонких, ажурных блинов, розетки с вареньем, мёдом и сливками. Я успела проголодаться, пока бегала, поэтому с удовольствием ела блины, по очереди пробуя каждую добавку.

Азалия долго размешивала ложечкой отвар. Затем перемешивала кашу, съедая одну ложку из трёх, а две – опускала обратно в тарелку. Казалось, силы оставили её. И госпоже Берри с трудом удаётся сидеть так долго.

В общем, врач сегодня же будет у неё, хочет Азалия этого или нет!

— Тётушка, мне не хватает людей, – начала я со второй проблемы. – Хочу нанять ещё для работы в оранжереях.

— Хорошо, детонька, делай, как тебе нужно, – кивнула она. – Если деньги понадобятся, у меня в секретере, в среднем ящике. Сама возьми, я что-то устала. Тут посижу, подышу.

— Спасибо за доверие, тётушка, – я слушала, как она медленно, с паузами, говорит, как тяжело дышит, будто уже сбегала до своей комнаты и обратно.