Книга Помощница антиквара, страница 83 – Амари Санд

Жаль, Клеймор не разделял моих увлечений и настойчиво потащил внутрь. В огромном холле, с потолка которого свисала многоярусная хрустальная люстра, толпилось довольно много народу.

Оставив в верхнюю одежду в гардеробной, Филипп нарочно прогулялся со мной по сверкающему залу, расшаркиваясь со знакомыми и представляя меня, как свою загадочную спутницу.

Внезапно среди праздно шатающихся гостей, я увидела Николая Аксакова, бывшего жениха Александры Витте.

Он стоял у колонны, беспечно флиртуя с рыжеволосой кокеткой, утопающей в розовом шелке. Сердце предательски сжалось от жгучей обиды и брезгливости. Николай смотрел на меня с явным мужским интересом, не узнавая в загадочной незнакомке бывшую невесту.

— Прекрасный вечер, не правда ли? — он галантно поклонился. — Филипп, кто эта дивная нимфа?

— Моя спутница, Аксаков. И она не любит праздных вопросов, — Клеймор собственническим жестом притянул меня к себе.

Я промолчала, опасаясь, что голос выдаст меня.

Николай отступил, проводив нас долгим взглядом. От его неприкрытого интереса тошнило. Этот человек клялся в любви и трепетно держал Александру за руку, обещая вечную верность, а теперь смотрел на меня как на очередную диковинку в коллекции бандита. Я едва сдержалась, чтобы не высказать ему все, что думала, но вовремя вспомнила о своей роли.

Мы прошли в зал и заняли свои места. Опера началась, но я не слышала ни одной ноты. Мысли так и крутились вокруг предстоящей встречи в дамской комнате. Клеймор сидел рядом, его колено касалось моего, а рука время от времени накрывала мою ладонь. Он вел себя как влюбленный поклонник, но я видела, как он сканирует зал, словно ожидая подвоха. Когда объявили антракт, я поняла — пора.

— Прости, Филипп, мне нужно на минуту отойти, — я поднялась, стараясь вести себя непринужденно.

— Тебя проводить? — он приподнял бровь, и в его голосе промелькнуло подозрение.

— Не стоит, — улыбнулась самой обворожительной улыбкой, на которую была способна. — Я справлюсь.

В дамской комнате пестрело от шелковых нарядом, а воздух был пронизан частичками пудры и ароматами духов. У больших зеркал теснились дамы, поправляя прически и сплетничая о последних новостях.

Я прошла в дальнюю кабинку, чувствуя, как ладони становятся влажными от волнения. Через минуту в соседнюю кабинку кто-то вошел. Я услышала тихий шорох платья и едва уловимый шепот, который заставил мои волосы зашевелиться на затылке.

— Под дверью, — произнес женский голос.

Я посмотрела вниз и увидела, как в щель скользит сложенный в несколько раз листок плотной бумаги. Я быстро подхватила его и спрятала за корсаж. Сердце ушло в пятки.

— Вам просили передать, что работа закончена и не требует дополнений, — прошептала она.

— Благодарю. Передайте, что я сделаю все, как мы договаривались.

Женщина вышла первой, а я постояла еще минуту, переводя дыхание и стараясь унять дрожь. Бумага за корсажем казалась раскаленным углем, прожигающим кожу. Оставалось только вернуться к Филиппу и дождаться окончания представления.

Однако на выходе дорогу мне преградил Николай, улыбающийся чарующей улыбкой, которая когда-то покорила Анастасию. Его взгляд бесстыдно скользил по моему вырезу, задерживаясь на сапфирах. Он ничуть не сомневался в собственной неотразимости, не подозревая, что стоит перед женщиной, которую предал самым подлым образом. Аксаков нагло потянулся к моей маске, намереваясь ее сорвать, но я резко отстранилась.