Книга Помощница антиквара, страница 50 – Амари Санд

Документы из банка и положила на дно сундука, переоделась в старое платье с передником и отправилась в зал, где меня дожидались предметы искусства, превращенные в черепки.

Глядя на кладбище фарфора и стекла, я ощущала почти физическую боль, основанную на профессиональной ярость реставратора, на глазах которого плоды чужого многовекового труда превращаются в мусор.

Притащив старый ящик, сначала собрала в него крупные обломки: части китайской вазы, обломки сервиза и лампы семнадцатого века. Собрав мелкое крошево в совок, я собиралась выкинуть обломки в мусор. На восстановление разбитых экспонатов уйдут недели, а то и месяцы. Одна только сортировка займет кучу времени. Однако Туров так не считал.

— Ты его удумала, девка? — он подскочил, нависая надо мной. — Выкидывать собралась? Ты что же, за дурака меня держишь? Или цену набиваешь?

— Не поняла? — уставилась не него изумленно. — Вы же сами сказали, что необходимо прибраться, вот я и выбрасываю мусор. Здесь уже ничего не восстановить.

— Не дури, девка! — взревел Савелий Кузьмич. — Пастушка отже была в пыль разбита, а теперь вон — целя стоит на полке, и на ней ни единой трещинки не сыскать. Неужто ее святой дух склеил, пока я затылок чесал? Нет уж, племянница, ты это дело заварила, тебе и расхлебывать.

Я замерла, сжимая ручку веника до белизны в костяшках.

— Не понимаю, о чем вы, — повторила упрямо, мысленно морщась от того, какими жалкими звучали оправдания. — Просто удачно сошлись края, такое бывает при определенном обжиге.

Туров лишь криво усмехнулся, обнажая желтоватые зубы.

— Оставь эти сказки для жандармов, девка. Мне нужен результат! Ты — витрамаг, я в этом уверен. Поэтому предлагаю дело: ты восстанавливаешь товары, которые эти нелюди пустили в расход, а я реализую их. Мы оба в выигрыше, разве не так?

Старик замолчал, ожидая моей реакции, и в лавке повисла тяжелая пауза, прерываемая лишь тиканьем его массивных серебряных часов.

— Ну, и какой мне с этого прок? — я выпрямилась, отбрасывая веник в сторону и признавая тот факт, что спалилась. — Работать за еду и крышу над головой? Мы уже обсуждали этот вопрос. Правда, он касался моего знания языков, но смысл от этого не изменился. Мой труд стоит дорого. Если вы хотите его использовать, следует обсудить условия.

— Ишь, какая деловая! — старик цокнул языком. — Ладно, будем торговаться. Получишь тридцать процентов от продажи каждой восстановленной вещи. Учти, лавка моя, лицензия на торговлю магическими древностями тоже моя. Я рискую своим именем, принимая товар сомнительного происхождения. Тридцать процентов — это более чем щедро для сироты без лицензии и статуса.

Я усмехнулась, скрестив руки на груди и чувствуя, как внутри просыпается азарт игрока.

— Пятьдесят, Савелий Кузьмич. И ни процентом меньше. Инструменты, специальные лаки и магические присадки — за ваш счет. Между прочим, я рискую не меньше вашего. Если кто-то, что использую магию без диплома, мне не поздоровиться. Пятьдесят процентов — и я превращу этот хлам в шедевры, которые оторвут с руками любые коллекционеры.

— Сорок, и это мое последнее слово! — Туров ударил кулаком по прилавку, заставив уцелевшие чашки подпрыгнуть. — Иначе собирай манатки и проваливай на все четыре стороны. Посмотрим, как быстро тебя приберет к рукам Клеймор.