Онлайн книга «Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни»
|
— Двадцать девять. Выбрал возраст средней убедительности. Но, как оказалось, это было только начало, потому что дальше пошло как по накатанному: «А семья? А где ты работаешь? Чем занимаешься?» И я понял: допрос в стиле мисс Мак-Кензи продолжается. Ответил, что родители давно умерли, я был одним ребенком в семье – что, собственно говоря, является правдой. Редкий случай! Добавил, что работаю целыми днями в администрации города Терсо. Там все скучно, монотонно, по-бюрократически. Прозвучало убедительно, а главное – неинтересно. Чем меньше интереса, тем больше шансов, что не начнет копать глубже. Остальное – мелочи. Что пришло в голову, то и сказал – какую-то ерунду для галочки, чтобы утолить ее любопытство. Она в свою очередь рассказала про себя – про Лондон и про ресторан, про учебу. Нужно отдать ей должное – говорила коротко, будто читала свое резюме, без лирики и эпоса. Если честно – я это уважаю, потому что терпеть не могу, когда женщины пускаются в утомительные рассказы о своих тяжелых или, наоборот, счастливых судьбах, требуют сопереживания или восхищения. Мне такие рассказы – не по адресу. Мэган же все изложила коротко, без приукрашиваний, без жалоб и желания произвести эффект. Просто описала свою жизнь, разложив ее по полочкам, без попыток драматизировать. В процессе разговора я отметил еще одну ее черту – ответственность, я бы даже сказал – ГИПЕРОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Это была настоящая, встроенная в суть, почти болезненная готовность отвечать за свои поступки, а не та, которую принято демонстрировать на собеседованиях. Мэган не из тех, кто плывет по течению. Она не ищет, кто виноват. Она просто берет и делает. И если что-то не получается – делает еще раз. Без нытья, без просьб, без пауз. Иногда такие люди внезапно ломаются, но до того – держатся лучше всех. Когда я проводил Мэган до замка, было уже глубоко за полночь. Не подходя близко к двери, остановились попрощаться. Момент был воистину дурацкий. Я чувствовал вину – не за то, что поцеловал ее, а за то, что вообще ввязался во все это. Она мягко смотрела на меня, и в глазах читался вопрос: когда мы снова увидимся? Она ждала от меня какого-то шага – обещания, еще одного поцелуя или хотя бы обнадеживающего взгляда. А я стоял, тихо ненавидя свою слабость и кляня себя за то, что поддался искушению и дал ей надежду. В общем, чувствовал себя еще более отвратительно, чем в предыдущие дни. Но надо было как-то завершать весь этот маскарад. Пауза становилась слишком длинной, воздух между нами – слишком плотным. Я слегка приобнял ее, как будто хотел сказать: «Это все, что могу себе позволить». Коснулся губами щеки – почти формально, без смысла или с тем самым, который прячут под формальностью, когда уже слишком поздно говорить честно. — Спокойной ночи, – сказал я на прощание. Пожелав мне того же, она ушла. Я тоже не стал задерживаться. Вот так я в этот раз вернулся со своего любимого Праздника папоротника – и сразу сел за дневник, пока диалог в памяти еще живой. Чтобы потом перечитать на свежую голову и, возможно, понять, что именно со мной сегодня произошло. Хотя правильнее написать не «сегодня» – со мной происходит что-то всю неделю. Черт бы побрал эту Маргарет и Мэган вместе с ней! Это уже третья по счету Мак-Кензи в моей жизни, и хорошим тут явно не закончится. Испытать судьбу по принципу «Бог любит троицу» будет крайней точкой безумия. Я же всего лишь хотел выяснить, кто она, ничего более… |