Книга Корона рогатого короля, страница 47 – Янка Лось

Дядюшка Том с каретой остался по ее просьбе за поворотом дороги, чтобы не подчеркивать еще больше пропасть между Эпоной и ее соучениками. У них не было слуг и карет, а если у кого-то и были, они, как и Эпона, не выставляли это напоказ. Знатные люди встречались среди инквизиторов нечасто. Магистры Мандевиль и Гиллаган были исключениями, а не правилами.

Внучка Тома, Джилли, недавно была взята в услужение из деревни, и большой город так изумлял ее, что изумиться еще больше необходимостью поспешной подгонки широких старых штанов на молодую леди она попросту не смогла и восприняла это спокойно. А заодно посоветовала:

— Вы, леди Эпона, юбку-то подоткните за пояс этак кульком. Что такого, ноги у вас не голые, а знаете, как сразу удобно будет? Мы по ягоды в лес так ходим, или вот яйца собрать у курей.

Одного Эпона не понимала: почему мысль о штанах не пришла в голову ей самой? Сейчас было намного удобнее. В голове крутились слова магистра Шихана: «… или говорите хоть до ночи, но я запираю вас здесь. Можете рассказать вон тому козлу все, что хотели мне». Он издевался? Или… он предлагал ей остаться одной и тренироваться без чужих глаз?

Какой же она стала… недогадливой и невнимательной. Вот так правда можно оказаться во время испытания обузой другим.

Еще поворот – и стало светлее. Ограда кладбища была тускло освещена с углов простыми фонарями – промасленная пакля в железных подвесных клетках, качающихся на ветру. Вот тут узор осенних теней мог и испугать – по ограде мелькали силуэты, в которых угадывались то звери, то чудовища. Неудивительно, что об этом месте ходило множество историй из тех, которыми пугают детей, чтобы не убегали без спросу, или занимают воображение за вином и пирогом у огня.

Эпона невольно вздрогнула от дальнего боя часов – семь ударов. И тут же улыбнулась. Около ограды топтались двое. Чибис Маккуин и Медведь Смит, который шел первым по пути выживания. Их фамилии в голове Эпоны намертво слиплись с комментариями магистра Шихана.

На нее они воззрились так, словно она была мертвецом, выбравшимся из могилы и вежливо поинтересовавшимся, как пройти в дворцовую библиотеку.

— Э, – сказал Медведь Смит.

— Здрасте, леди, – сказал Чибис Маккуин. – Это в смысле вы с нами, да?

Эпона вдохнула и выдохнула:

— Да. Это в смысле я с вами. И раз мы делаем одно дело, вы можете называть меня по имени. Я Эпона.

— Я Шон, – сказал Медведь Смит.

— Я Патрик, – сказал Чибис Маккуин. – Но вы зовите Падди, леди, так все зовут. То есть, извиняюсь, Эпона. А представляете, Конайре-то как повезло – переписывает свитки какие-то в тепле. Хвастался мне.

— Жуть, – сказал Медведь Шон Смит. – Я б помер. Писать – сложное дело. Пошли уже, парни. То есть это… Падди и леди. То есть Падди и Эпона.

Эпона хотела по пути поделиться своими мыслями, что с заданием все подозрительно просто, но не успела, потому что калитка южного входа оказалась заперта. И заперта так прочно, что Медведь Шон Смит, дернув ее несколько раз с силой, которая выворотила бы небольшое дерево, ничего не добился.

— Магический замок, – поняла Эпона.

— Да уж сообразил, не дурак, – фыркнул Медведь Шон Смит. – Падди, ты первый лезешь, ты опытный. Я отсюда леди тебе подам, Эпону, то бишь.

Прежде чем Эпона внесла в этот план хоть что-то от себя, мелкий и быстрый Чибис Падди оказался на ограде и ухнул куда-то в темноту, откуда донесся его голос: