Книга Корона рогатого короля, страница 141 – Янка Лось

— Вы хотите это сделать?

— Небо упаси, за кого ты меня принимаешь? Я люблю подчинять других моей воле, а не терять свою под властью огненного стекла. Нуаду Серебряная Рука вложил в него слишком много ярости. Идем. Нам надо найти дорогу в мой мир.

— А Эпона?

— Зайдем за ней. Она нужна мне как свидетель, так что можешь не волноваться, я ее здесь не оставлю.

Эдвард кивнул, поднял меч и в последний раз благодарно и прощально сжав его теплую рукоять, вонзил в мертвую глыбу. И обсидиан легко вошел в камень, будто тот был куском масла.

* * *

Эдвард с перевязанной правой рукой держал в левой руке палку, которой ворошил в костре, подталкивая развалившиеся поленья. Серые сумерки были сырыми и зябкими. Рядом поднимался лес, в облике которого взгляд то и дело натыкался на странности. Белые, без единой черной точки стволы берез. Дерево, корни которого растут вверх и сплетаются с кроной.

Эпона куталась в плащ и тревожно смотрела на взлетающие над пламенем искры. Впереди было болото, которое больше не слушалось растерявшего почти все силы Горта. Болото, в котором можно утонуть после того, как они почти победили.

Только потому, что дали обещание убийце. Без этого обещания можно было бы идти домой.

Сейчас ей все чаще вспоминался Неистовый Фаолан Кейн и его звенящий голос. Неважно, кто перед тобой, если он требует справедливости. Ты хотела быть инквизитором? Вот оно, твое настоящее дело. Трудно? А чего ты ждала, госпожа инквизитор?

— Смотритесь так, будто уже утонули, – усмехнулся Горт. – Мы еще не ступили в топь, а воздух вокруг вас уже вязкий.

— Аннаис сказала, что графиня Мур будет спать под яблонями в хрустальном гробу. Пока ее душа не проснется очищенной от зла, – задумчиво произнес Эдвард, – то есть вечно?

— Ничто не вечно, кроме человеческого умения придумывать себе преграды. Не думай о смерти, пока ты жив. О чужой тоже. Вы достаточно отдохнули, чтобы ступить на тропу?

Эпона посмотрела на раненого Эдварда, но тот уже упрямо вставал. Горт неправ, упрямство младшего принца тоже вечно.

Один раз они через это болото уже прошли. Второй будет легче.

Как же она ошибалась…

* * *

Болото выглядело так, будто когда-то было лесной рекой, но теперь медленное ее течение прекратилось, по краям выросли тонкие сосенки, лоза, а тропинка то и дело терялась в зарослях тростника. Мох и переплетение трав под ногами пружинили, из-под сапог поднималась темная вода. Эпона первое время вздрагивала – ей казалось, что это кровь.

Горт шел первым. Он казался самым большим и тяжелым, но двигался удивительно легко и проворно, как вообще присуще ши. Ему помогало чутье и палка, которой он прощупывал дорогу, но все равно они порой проваливались по колено. Пока по колено.

Эпона шла последней, следя за тем, чтобы раненый Эдвард не свалился совсем. Он держался на решимости и упрямстве, а сил ему не хватало, и с каждым мгновением это было заметнее. Но что бы изменило промедление? Лучше ему здесь не станет, а исцелить его руку некому. Кроме целителей Дин Ши, которые, как надеялась Эпона, сначала разговаривают, а потом нападают.

Вдруг она почувствовала, как земля в прямом смысле уходит из-под ног. Пропустив двоих путников, подушка из корней трав не выдержала третьего. Эпона вскрикнула, но уже успела провалиться по пояс. Эдвард бросился к ней, но как ни тянул здоровую руку, не мог дотянуться. Тянувшиеся со дна стебли оплетали ноги, как щупальца тумана в кошмарах, а от слишком зыбкого берега только отваливались клочки мха.