Онлайн книга «Жар-птица»
|
— Я хотел доказать ей, что еще на что-то гожусь… но получилось все так жутко… мы разорены. Другого выхода нет… только пистолет. Он спасет меня от позора и сердечной тоски. — Про это забудьте, я вам сказала! — запротестовала Ольга, немедля вскочив на ноги и придавив бедром ящик стола, чтобы отец не мог достать оружия. — Эта дрянная женщина не заслуживает, чтобы вы покончили с жизнью из-за нее! Много чести! — Так я запутался, доченька… — Расскажите, вы прямо всё-всё проиграли? — Да. И наш дворец, и имения, и векселя, и крепостных, всё…. — Значит, мы нищие, батюшка? И, кроме вашей должности надворного советника и нашего имени, у нас ничего нет? — Похоже, что так… — Что же нам делать? Где нам жить? — Я не знаю, Оля. Теперь всем нашим состоянием владеет этот мерзавец. Ах, отчего я не приказал своим людям прибить его еще летом, тогда в Кисловодске, когда Евгения связалась с ним. — Да про кого вы говорите, батюшка⁈ Я не понимаю, кому вы все проиграли и при чем здесь Красовская? — нервным голосом спросила Ольга. — Измайлову! Этому наглецу, Кириллу Григорьевичу, который теперь ее любовник, моей Женечки! Он разорил меня… — Кому? — пролепетала Оля, холодея. Они оба замолчали, и каждый думал о своем. Перед глазами Оленьки пронеслись все летние воспоминания о знакомстве с Кириллом, все перипетии их непростых взаимоотношений. Ее последний дерзкий отказ ему. Отчего-то Ольга чувствовала, что нынче Кирилл оказался за одним столом с ее отцом не просто так. Вся сегодняшняя ситуация очень походила на некий план мести, ведь в прошлый раз Измайлов обещал ей, что она еще пожалеет о том, что отказала ему. И, видимо, сейчас это время настало. И тут ее осенила мысль, как спасти их плачевное положение. — Когда мы должны освободить этот дворец? — спросила она тихо. — Завтра, наверное… — Возможно, не все еще потеряно, батюшка, — воскликнула Оленька. — Завтра же поутру я поеду к капитану Измайлову, поговорю с ним. — Нет! Не смей! Я запрещаю тебе говорить с этим мальчишкой! — Батюшка, послушайте, это наш последний шанс, — твердо заявила Ольга. — Летом Измайлов делал мне предложение, и в его глазах тогда я явственно видела любовь. Возможно, он до сих пор любит меня. Я попытаюсь его уговорить и вернуть вам хотя бы часть состояния. — В обмен на что? — глухо произнес Трубецкой. — Если я ему все еще нужна, соглашусь венчаться с ним, но с условием, что он отдаст вам хоть что-то обратно. Если любит меня, он согласится, я думаю. — Ольга Николаевна, не смейте! — воскликнул в ярости Трубецкой. — Я запрещаю тебе! Не позволю, чтобы моя дочь связала свою жизнь с этим нищим выскочкой-гвардейцем! Это позор! — Сейчас он имеет чин капитана, насколько мне известно. Эта военная должность будет даже повыше вашей теперешней. И он уже не нищий, батюшка! Как раз мы оказались теперь на дне, благодаря вашим стараниям. Я помню о великодушии Кирилла Григорьевича, он может смилостивиться над нами! — сказала уверенно Оленька. — Решено! Завтра же поутру я поеду к нему. — Нет, я запрещаю тебе! — процедил Николай Николаевич. Ему была отвратительна одна только мысль о том, что любимая дочь поедет унижаться перед этим хлыщом за его грехи. Оленька осторожно взяла лицо отца в свои ладони и, с любовью глядя ему в глаза, проникновенно произнесла: |