Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 63 – Джейк Адельштейн

В том, чтобы находиться под защитой японской полиции, есть свои плюсы. Вы чувствуете себя в безопасности. У вас есть кто-то, кому важно, куда вы пойдете и когда вернетесь домой. Каждый день, иногда ночью, иногда утром, вы находите в почтовом ящике маленькую желтую записку с изображением талисмана токийской полиции Пипо-куна, сообщающую, все ли в порядке. Обычно да. Все хорошо – хейон бузи.

Конечно, я знал и то, что если позвонить в полицию и спросить, что творится в каком-нибудь районе, они непременно ответят «хейон бузи», даже если только что обнаружили девять обезглавленных тел. Но там, где я жил, было тихо и мирно.

В том же месяце морж начал приходить ко мне вместе со своим начальником. Они никогда не звонили и не назначали встреч, просто приходили, когда считали нужным, но меня это устраивало. Однажды за кофе они объяснили, что могут принять от меня заявление о возбуждении уголовного дела, но вряд ли прокуратура их поддержит. Гото больше не был якудза. Он якобы изменил свои взгляды и стал священником. И как я сам отметил, угроза в книге сопровождалась словами «ахаха», так что можно было свести все к шутке.

Я поблагодарил их за усилия и попросил дать мне время все обдумать. Раньше я никогда не отправлял писем Игари, но теперь почувствовал, что пришло время. Переписав письмо еще раз и как можно четче объяснив ситуацию, пятого августа я его отправил. Ответ пришел незамедлительно.

«Дорогой Джейк,

Это Сузуки из офиса Игари. В настоящее время он находится за границей и вернется 8-го числа, а 11-го уйдет в отпуск. Он может встретиться с вами 8-го, в день своего возвращения. Пожалуйста, дайте нам знать, если этот вариант вас устроит».

Восьмого августа мы встретились. Это было воскресенье. Он вернулся из Бразилии и прямо из аэропорта Нарита поехал к себе в офис, на встречу со мной. До этого мы виделись в начаеле лета, когда я выяснял, будет ли он вместе со мной работать над документальным фильмом о якудза для телевизионной станции, принадлежавшей NewsCorp. Теперь он загорел, выглядел отдохнувшим и был в прекрасном расположении духа. Несмотря на невыносимую летнюю жару, на нем были костюм и свежая белая рубашка, как будто только что снятая с вешалки.

Каким же было облегчением увидеть его бульдожье лицо и черные волосы, гладко зачесанные назад, услышать его глубокий гулкий голос! У него был при себе экземпляр книги, весь в закладках и стикерах, как будто книга была готова вот-вот взорваться цветной бумагой.

— Помоги мне со всем этим справиться, – попросил я и тут же подумал, что, может быть, слишком остро отреагировал. В конце концов, это была всего лишь книга.

— Это не просто книга, – возразил Игари. – Она порочит твою честь и работу, она откровенно тебе угрожает. Это пощечина. Ты правильно сделал, что обратился ко мне. Он постарался как можно лучше сформулировать фразу, чтобы избежать уголовного преследования, но я сомневаюсь, что он изначально так и выразился. Мы выясним это.

После долгих обсуждений он и двое его коллег разработали план. Игари знал людей из издательства «Такарадзима». Он обсудил этот момент с ними, попросил устранить угрозу и исправить порочащую меня информацию, предупредив, что в противном случае подаст в суд на издательство, потому что подать в суд на Гото из-за некоторых особенностей книги будет сложнее. Он предложил мне потребовать в качестве компенсации всего одну иену. Я спросил его, почему так.