Книга Башня Авалона, страница 151 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

— Она не прошла испытание! – кричит Райт. – А заставила меня сказать, что прошла. Я почувствовал ее в своих мыслях. Почувствовал ее зловредное присутствие, такое же мерзкое и разрушительное, как сам Мордред.

После обвинительной тирады Райта снова повисает молчание, потом по залу перекатывается возбужденный шепот.

Серебряный торк Амона сверкает в свете канделябров:

— Вы хотите сказать… хотите сказать, что она способна… управлять сознанием? Принудительно?

Даже я в растерянности. Управлять сознанием? Нет, конечно, нет. Я просто… Разум Райта оказался таким примитивным! Таким ограниченным… Даже ребенок сумел бы им манипулировать.

Верно?

Райт сам рассказывал нам о пяти изначальных силах: управлении погодой, аморомантии, полиморфизме, управлении разумом и заклинаниях. Пять изначальных сил. Сил, которых больше не существует ни в Броселианде, ни за его пределами. А если их нет, то и я не могу их использовать, это же очевидно.

Райт моргает:

— Я уже сказал: она враг Башни Авалона. Ее следует немедленно бросить в тюрьму. Это измена!

Рафаэль подходит ближе. Я стараюсь не смотреть на него: рядом с ним во мне закипает гнев. Рафаэль выглядит таким же разъяренным, как и прежде. Он поворачивается к собравшимся и окидывает их ледяным взглядом:

— Все на выход! – разносится его голос по залу. – Это дело касается рыцарей Круглого стола, и больше никого.

Он говорит спокойно, но командные нотки в голосе заставляют всех тут же вскочить и направиться к дверям. Я поворачиваюсь, чтобы присоединиться к остальным, когда Рафаэль произносит:

— Нет, Ния. Ты остаешься.

Я скрещиваю руки на груди, избегая смотреть на него, чтобы не выказывать раздражение. Сейчас на карту поставлены более важные вещи.

Я ловлю обеспокоенные взгляды друзей, пока они уходят. Кто-то помогает оглушенному магу Завесы подняться с пола. Наконец двери закрываются, в зале остаются Вивиан, Рафаэль, Райт, Амон и я. Только несколько рыцарей Круглого стола – и я.

— Вы знали об этом, – шипит Райт Рафаэлю.

— О чем? – Рафаэль поднимает бровь.

Значит, теперь он прикрывает меня? Урод…

Райт смотрит на Рафаэля с прищуром:

— Между вами двумя что-то есть? То, из-за чего вас могут выгнать из Башни Авалона?

— Не говорите ерунды, – резко отвечаю я.

— Как вы, возможно, слышали, – добавляет Рафаэль ледяным тоном, – она мне не особо нравится и даже раздражает. Но, нравится вам это или нет, ее магические способности станут ценным приобретением для МИ–13.

Я смотрю на него, гнев все еще струится по моим жилам.

— У этой девушки диаметральная магия, – продолжает Райт. – Вы знали об этом? И скрывали?

— Да, знал, – тихо отвечает Рафаэль.

У меня замирает сердце. Зачем он рассказывает им об этом?

— И вы не подумали поделиться этим знанием с нами? – не унимается Райт. – С Сенешалем?

Он любит говорить о себе в третьем лице.

— Я поделился с теми, кому нужно было знать, – говорит Рафаэль. – Вам не нужно.

— Я старше по званию. Вы притащили в Башню Авалона полукровку, обладающую диаметральной магией. Должен ли я напоминать вам о Мордреде? Вы позволили ей участвовать в важных миссиях, подвергая риску других агентов…

— Напомню, что я участвовал в каждой из этих миссий, Райт, – замечает Рафаэль. – Если чья-то жизнь и находилась в опасности, то моя.