Книга Демон скучающий, страница 120 – Вадим Панов

Вербин улыбнулся.

— Вы меня поймали.

Ответной улыбки не дождался. Похоже, разговор стал тяготить молодую женщину.

— Даниэль дал мне номер телефона, сказал, что он принадлежит Абедалониуму. У меня не было оснований не доверять его словам.

— Вы говорили с Абедалониумом?

— Только переписывались. Ни одного звонка.

Это подтверждалось проведённой питерскими коллегами проверкой.

— Вас не смутило, что номер телефона российский?

— Насколько я помню, Абедалониум – гражданин России.

— Логично.

— Разумеется.

Лидия посмотрела на часы. Намёк получился прозрачным, Феликс понял, что пора прощаться, закрыл записную книжку – художница отметила его жест одобрительным взглядом, и неожиданно спросил:

— Вас кто-нибудь расспрашивал об Абедалониуме? – Пауза. – После того как начался скандал с «Мальчиком»?

И понял, что попал в точку: услышав вопрос, художница вздрогнула. Поняла, что выдала себя, и вздрогнула ещё раз – в то время, пока Феликс произносил второй вопрос. А вот хороший ответ придумать не смогла.

— Спрашивали, конечно, но всем очевидно, что я ничего не знаю. И все верят.

— Эти тоже поверили? – Вербин задал вопрос очень мягким тоном.

Снова пауза, за которой последовал ещё один не самый удачный ответ:

— Кто «эти»?

— Вы мне скажите. – Феликс стал предельно серьёзным. – А лучше – опишите. – И чуть подался вперёд.

А Лидия очень неожиданно и очень по-детски всхлипнула.

* * *

В субботний день, к тому же радующий хорошей погодой – дождя нет и не предвидится, солнце то и дело выглядывает из облаков, тепло напоминая, что заканчивается второй месяц весны, – нет ничего лучше прогулки. По скверам, паркам или набережным, собираясь в музей или магазин, или просто пошататься по городу в приятной компании или с одним-единственным спутником или спутницей, а затем зайти куда-нибудь выпить кофе или перекусить. Немного согреться, потому что солнце выглядывает не слишком часто и на улице достаточно свежо. Посетителей в заведениях полно, и кафе «БутерBrodsky», что на набережной Макарова, не было исключением: хостес печально сообщала новым гостям, что мест нет, но Вербин догадался забронировать столик, и они с Полиной не просто оказались внутри, но уютно устроились в светло-сером зале со сводчатым кирпичным потолком. Устроились у окна, из которого открывался вид не только на проезжающие по набережной машины, но и на дома с противоположной стороны Малой Невы. Полина сидела к залу спиной, Вербин – вполоборота, и потому их негромкий разговор не долетал до чужих ушей.

— Спасибо, что согласились помочь.

— Спасибо, что привлекли к расследованию, – улыбнулась в ответ девушка. – Это мой первый опыт.

— И как вам?

— Пока я не сделала ничего, что могло показаться особенным – только собирала информацию.

— Как бы мне ни хотелось предстать в романтическом ореоле, суровую правду жизни не скрыть: любое расследование на девяносто процентов состоит из сбора информации.

— А десять процентов – это погони, перестрелки и драки?

— Нет, десять процентов – это сидеть и думать, анализировать то, что узнал, и складывать пазл.

— А как же бумажная работа?

— Это наша боль, – махнул рукой Феликс. – Зато становится понятно, почему из бывших оперов получаются писатели. Пусть не часто, но получаются.

— Хорошо сочиняете? – Полина изобразила невинный взгляд.