Книга Сквозь другую ночь, страница 196 – Вадим Панов

— И вы согласились? – удивился Вербин.

— Почему нет? – Пелек сопроводил ответ удивлённым взглядом. – Миллион каждому было моим стандартным предложением. Для Гриши оно стало основным, он жаден, для остальных – приятным бонусом. Что же касается тех пяти, которые я пообещал Карине, пусть наследник рыдает: в тот момент мне уже будет плевать и на его неудовольствие, и на моё богатство.

— Логично.

— Рад, что мы понимаем друг друга, – кивнул профессор. – Что же касается Карины, то я люблю эту девочку, Феликс. Если бы не трагедия с Веней, она бы очень далеко пошла. А так…

— А так она отправится за решётку.

— Бывают мгновения, когда человек себя не контролирует, – напомнил Пелек. – Лёня уже разбирается с этим… случаем.

— Хотите вытащить Карину?

— Хочу минимизировать последствия, – не стал скрывать профессор.

— Она ведь сестру убила.

— Дарину, да… – Старик поправил ворот рубашки. – Вы ведь знаете, что у неё ребёнок? Даниил, чудесный, очень весёлый малыш. Молодой маме всегда не хватает средств, поэтому подключить к нашему проекту Дарину оказалось несложно. Я поиграл на её чувствах – и мы договорились.

— Вот так просто? – Вербин сделал вид, что не поверил.

— Я хороший манипулятор, Феликс, это ваши слова. А её ребёнок с тех пор получает всё самое лучшее. Мне много лет, Феликс, я совсем один, и мне давно не жалко денег. – Он выдержал короткую паузу. – Я крепко над ними поиздевался и по собственной инициативе добавляю к нашей сделке дополнительные бонусы. Я могу себе это позволить.

— Неужели они не понимали, в какую Ночь вы их втаскиваете?

— Не понимали, – вздохнул Пелек. – Или не захотели не то чтобы понять, но даже задуматься об этом. Были так увлечены, что гнали от себя мысли о последствиях. – Пауза. – Я уговорил их перейти на тёмную сторону, Феликс, и в тот момент очень собой гордился.

— Вы ничего не рассказали о Таисии, – заметил Вербин. – Как получилось с ней?

— Примерно так же, как с Гришей: у Таи были основания считать, что она унаследует основную часть состояния. А я объяснил, какие обязательства должен взять на себя наследник. Тая противилась предложению дольше всех. Не думала, как Карина, а противилась. После прочтения книги уехала на неделю. Не отвечала на звонки. Я сам инициировал нашу встречу. И скажу честно, тот разговор дался мне нелегко.

— Вы её любили?

— Вы забыли наш разговор?

Профессор не хотел повторяться. Или не хотел повторяться сейчас. Он промолчал, но ответ был дан и был услышан.

— Вы поэтому простили ей книгу?

— Книгу… – Пелек вновь посмотрел на обложки, затем бросил взгляд на Вербина, Феликс всё понял без слов, наклонился и подал профессору одну из них. – Спасибо. – Пауза, во время которой старик разглядывал тиснённую золотом надпись MCMLXXXVIII. – Моё особенное собрание… Готовясь к Ночи и проходя сквозь неё, я описываю всё происходящее: выбор жертвы, наблюдение, подготовку. Получается довольно много черновиков, которые и ложатся в основу следующей истории. Всю подготовительную работу я проделываю на специальном ноутбуке, иначе получится очень долго. А когда текст готов, заказываю Иннокентию очередной блокнот и заполняю его от руки. Дед и отец даже черновики писали от руки, но я экономлю время. – Пелек поднёс обложку к лицу и понюхал. – В этот раз пришлось труднее: ведь я проходил сквозь Ночь не сам, а с помощью ребят. Но они вошли в моё положение, делились своими эмоциями и чувствами настолько подробно, что в какой-то момент мне стало казаться, что я сижу на чердаке с Кариной, изучаю зимний парк вместе с Гришей, выбрасываю жертву из окна или бью ножом. Это было совершенно другое ощущение: новое, но неожиданно сильное. – Он раскрыл пустую обложку и с грустью посмотрел на то место, где совсем недавно располагался бумажный блок. – Говорят, когда человек слепнет, у него улучшаются все остальные органы чувств: осязание, обоняние, слух… А когда убийца перестаёт убивать, он начинает сильнее воспринимать рассказы об убийствах. Но не детективы, не книги и не фильмы – я проверял. Выдуманные преступления не дают такого эффекта, как настоящие, не наполняют меня тем… – Профессор резко оборвал себя. Не захотел делиться ощущениями, ради которых раз за разом убивал невинных. – Но я отвлёкся, Феликс, я хотел рассказать о другом. – Теперь он смотрел на прочие обложки. – Закончив книгу, я оставляю её на полке, которую вы видели и на которую посмотрели сейчас. На пустую… Она кажется такой же, как остальные, но это обманчивое впечатление – полка с секретом: стекло усиленное, стенки бронированные, над замком даже профессионалу придётся изрядно потрудиться.