Онлайн книга «Кэп и две принцессы»
|
Из звенящей пустоты выступило нечто, и ему не нужны были понятия и символы. Оно плыло на Нику, отрезая от привычного мира, пока полностью не поглотило её. Глайдер, которым больше не могла управлять женщина, в одну секунду забывшая, как это делается, дёрнувшись большой, растерявшейся птицей, на секунду завис в неподвижном воздухе и рухнул прямо на макушки деревьев. Запись оборвалась, на экране застыли размазанные в движении кроны саульских дубов. Высветилось небольшое окно с кодами, внизу замелькали форматы запущенных программ. Чего Ёшка ожидала от этих файлов? Чуда? Оно не случилось. Только бесконечная тоска от последних эмоций Вероники ещё одной иглой впилась в сердце. Эта пресловутая эмпатия, чрезмерное сопереживание и соучастие, которые изначально, ещё на этапе учёбы, прививались синхронистам, часто играли со специалистами плохую шутку. Нельзя нести радость взаимопонимания, когда ты постоянно впитываешь в себя чужие трагедии. Причём, как земные, так и инопланетные, иногда совершенно непонятные для человека. Принимать и понимать, чтобы потом отпустить и начать снова. Ёшка чувствовала себя сейчас большим конвейером, где на входе загружаются проблемы и отрицательные эмоции, а на выходе весело комплектуются преодоления тупиков и жизнерадостные смыслы. Когда-то она гордилась, что нашла способ заполнять возникающую пустоту без помощи других специалистов. Новые вещи и совершенно ненужные предметы сваливались в чёрную дыру, которая возникала в Ёшке после очередного синхронирования с кем-то нечеловеческим, уплотняли дно этой дыры, не давая краям расползаться глубже и шире. Эту возможность у неё отняли. Из самых, конечно, лучших побуждений. Так было правильно. Переключить подкачку дофамина на открытия чего-то нового. На потенциальные опасности и приключения. На крепкую спайку с экипажем в бесконечном космосе, которая в длительных условиях замкнутого пространства и постоянной потенциальной опасности перерастала даже в что-то большее, чем просто сотрудничество, или даже дружба. Ёшка даже не вздрогнула, когда раздался тихий стук. Такой старомодный и мягкий, что ей и видео из коридора включать не было нужды. Она сразу поняла, что так деликатно может скрестись только Арина. — Входи! — сказала Ёшка громко и быстро закрыла все файлы на мониторе. Не потому, что не доверяла няне. Все записи транслировались из библиотеки лечебницы, и, скорее всего, Арина сама же их и составляла. Убирать личные дела из всеобщего доступа — эта способность проявлялась у Ёшки уже на автомате. В руках у няни был большой поднос с дымящимся пузатым заварником и чайной парой. Сервиз показался Ёшке до боли знакомым: таких же овечек на чашках она отнесла на КЭП. Только на том, отнесённом, овечки просто бежали по лугу, а здесь одна забралась на другую, чтобы перелезть через кирпичную стену. Та, которая была выше, размахивала пустой кружкой, очевидно желая перебраться через преграду в поисках воды. Нижняя оторопело смотрела на бьющий из-под стены ручей у самых своих ног. Значение картинки показалось Ёшке очень философским: ответ часто лежит на самом видном и удобном месте, только мы его не замечаем. Что-то неуловимое проскользнуло в её голове. Обрывок мысли, вдруг объясняющий необъяснимое, указатель на прямой путь к отгадке… |