Онлайн книга «Кэп и две принцессы»
|
— О, нет. Я слышал уже. Не напоминайте… Николай Павлович тоже вздрогнул: — Послали запрос лингвистам, а тут появились вы… Он показал на рукав собеседника, где ярко горела нашивка сопровождения. — Вы же приезжаете за теми, чья вина доказана. А Вероника… Разве она вообще в чём-то виновата? Существо из службы сопровождения промолчало. — Разве она в чём-то виновата? — обречённо повторил Николай Павлович. — Как знать, — существо вздохнуло. — Ну ладно, бывай! Оно махнуло толстой перчаткой, плотно облегающей конечность, и пространство тихо завибрировало. Силовая клетка с Вероникой осторожно потянулась в сторону корабля сопровождения… Ёшка подсчитала, что до прибытия на Саулу служба сопровождения уже неделю только и делала, что собирала по обитаемому космосу бедолаг, имевших несчастье вдруг обнаружить, что потеряли связь с окружающим миром. Случаев было немного, пострадавших пока исчисляли десятками. Все оказались с разных планет, никак не связанные между собой. Первыми забили тревогу лингвисты, которым несколько обитаемых миров разом прислали запросы на расшифровку очень похожей информации. В ней была общая, совсем не радующая закономерность. А именно: безграничная, выворачивающая наизнанку тоска, которая овладевала теми, кто пытался выйти на контакт с несчастными изгоями. В основе этого ощущения, по словам очевидцев, таилось что-то необъяснимое, но чужеродное известной Вселенной вообще. Пока не выяснили причины, следствие и суть происходящего, было принято решение собрать изгоев и изолировать. Ёшка включила вторую запись. Ника вела глайдер осторожно, словно нащупывая гладь невидимого в воздухе шоссе. За верхушками деревьев выступили белые крыши палаточного городка экспедиции. Она вздохнула с облегчением: ещё один рывок и можно будет развалиться прямо на траве, вытянуть уставшие ноги и смотреть, смотреть в небо, не думая ни о чём. Резкая боль в затылке отдалась во всём теле, пальцы дрогнули на контактах, глайдер ощутимо тряхнуло. — Это от усталости, — громко сказала она сама себе. — Соберись, тряпка! Слово «тряпка» вызвало второй болезненный удар в затылок, Нику тут же затошнило. В голове закружилось: «тряпка, тряпка-а, тряпка-а-а», словно в водовороте, уходящим в преисподнюю. Вместе с этим засасывающим движением слово исчезло в глубине рассудка. Ника вдруг осознала: она не понимает, что это такое — тряпка. Посмотрела на… Нику накрыл ужас. Она не знает, как это называется. Предметы распадались на структуры, реальность разрыхлилась, пошла слоями. «Я…», — подумала она, и слово тоже скрылось в водовороте сознания. И тут всё стремительно полетело… Куда-то. Понятия и значения скручивались в обратном порядке, становились бессмысленными, словно она, Ника, стала какой-то черной дырой, в которой растворялось абсолютно всё, что она когда-либо знала и чувствовала. Млечный путь, Жёлтый карлик, Саула, сектор Е, экспедиция, глайдер, архивист, мать, женщина, Ника, я… Я-я-я… Ника пыталась задержать их суть, но смыслы отрывались от неё, как натянутые до предела ниточки. Она почувствовала, как в известной Вселенной сотни незнакомых ей существ в эту секунду пребывают в ужасе, так же, как и Ника, теряя фундаментальный смысл слов и знаков. Словно кто-то разом «расшил» их врождённую способность общаться с себе подобными. Затем пропало и это. |