Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 66 – Евгения Райнеш

Он покачал головой. Плохо. Пока меня не было, Зайка ни в чем себе не отказывала. А мне нужно проснуться, и пацан носом шмыгает – не помешало бы выпить чего-то горячего.

— Ну, и где у нас так весело, что бежим оттуда? – протянула ему бумажную салфетку. – Высморкайся.

Я кивнула Кондратьеву, подошла совсем близко, прошептала: «Не оформляй пока». Он понял, поднялся и вышел.

— Это у вас весело, – качнул головой бегунок. И с характерным хлюпаньем дунул носом в салфетку. – Наверное…

— Да уж, – я отзеркалила его вздох. – Это точно.

— Не успел понять, – хмыкнул он. – Меня же с автобуса сняли. Сразу как приехал, наверное, водитель сообщил.

— Тогда поверь на слово, развлекаемся, насколько можем. Как тебя зовут?

И физически почувствовала: в комнате сгустилось напряжение. Казалось, если протяну руку, смогу потрогать один из тех электронов, что с огромной скоростью полетели по моему кабинету.

Бегунок опустил голову. Тишина явно затягивалась. Мальчик не казался зашуганным, в семье все было в порядке, судя по его свободной манере общения, но упрямо ушел в себя, как только разговор коснулся его личности. Травля одноклассников?

— Я хочу помочь. Если скажешь, кто ты и откуда, обещаю разобраться с твоими проблемами. И прослежу, чтобы из-за побега у тебя не было неприятностей. Тебе же не нужны лишние неприятности?

Он молчал, и я заметила, как его руки крепко собрались в кулаки, сжимая невидимую нить.

— Давай все решим здесь и сейчас. Либо тебя ставят на учет со всеми вытекающими последствиями. Либо мы становимся друзьями. У тебя сейчас нет иного выхода, как довериться мне.

— Вы – красивая, – шмыгнул носом бегунок.

— И как это может отразиться на нашем договоре? – улыбнулась я.

— Мамка говорила, держаться от красивых подальше…

Я повертела в ладонях ручку:

— Ну… Красота не делает человека ни плохим, ни хорошим. Это просто внешняя…

— Это человека не делает, – азартно перебил бегунок. – А если это не человек?

— А кто?

Он вдруг сник, пожал плечами:

— Кто-то… Кто папку увел.

Мальчишка не был похож на тех скучающих подростков, сходящих с ума от жирной спокойной жизни и ждущих, когда откроется шкаф и из него кто-то поманит в иную, прекрасную страну, полную приключений и геройств. Не в этом мире. В каком-то другом.

Я встала, медленно подошла к окну, повернувшись к бегунку спиной. На улице, усыпанной осенними листьями, чуть прибитыми недавним недолгим дождем, редкие прохожие торопливо спешили вдоль кирпичных домов. С наступлением холодов Яруга словно улитка сворачивалась внутрь. До самой оттепели теперь все – и хорошее, и плохое – будет происходить только за толстыми стенами.

У нормальных людей.

Только необходимость или беда могут выгнать кого-то на улицу в Яруге, когда октябрь переваливает за половину.

Со второго этажа своего кабинета я увидела пятнистую ящерку, штурмующую бордюр. Она наконец-то взобралась на него, но тут же стремительно скользнула вниз, когда послышался приближающийся звон велосипеда. Ящерка вильнула гибким тельцем и вновь скрылась в мокрой, уже неживой траве. Бедной не удалось обсохнуть на свежем воздухе.

Из неплотно открытой форточки повеяло многослойным ароматом: промокших листьев, сырой земли и булочек с корицей. Листья целыми ворохами покрыли небольшую аллею прямо напротив нашего отделения, а булочки пекли в кондитерской «Нэкоя» за углом. Кажется, так называлось кафе в популярном аниме-сериале. Подростки, кстати, очень любили «Нэкое», стилизованное под японские мультики. Кроме того, Анна, хозяйка кафе, регулярно заказывала новые комиксы, которые можно было читать прямо в зале, завернувшись в смешные мультяшные пледы, развешанные тут же по стульям. Подростки там могли тусоваться часами. Подростки…