Книга Няня-невеста для дочки магната, страница 52 – Марго Лаванда

— Ты очень злая! – Эльф убегает, всхлипнув. Я бросаюсь за ней.

— Кристина, это твое воспитание! Ты – бездарная няня, – летит мне в спину.

— Не обижай Кристину! – Эльф неожиданно возвращается. Чтобы встать на мою защиту. Боже, как это трогательно!

— Как ты со мной разговариваешь?!

Бабушка наступает на Лину, но та убегает. А вот я не так расторопна. Ясмина Галибовна преграждает мне дорогу. Ее глаза сверкают яростью.

— Ты понимаешь, что так ребенка не воспитывают? Она должна знать дисциплину и меру. Думаешь, если все будешь ей позволять, тебе больше заплатят? Это не так! Я скажу Амиру, что ты никудышняя! Пусть увольняет!

— Поймите, это всего лишь пирожные. И Лина не специально…

— Замолчи! – резко обрывает. – Ты совсем забыла свое место. Уму непостижимо, откуда столько наглости!

Я не выдержала. В груди вскипела обида, не за себя, за малышку. Как может эта богатая женщина устраивать такой скандал из-за каких-то пирожных??

— Она ведь ребенок, – выдыхаю, стараясь говорить спокойно. – Ничего страшного не случилось

— Отлично, тогда стоимость этих пирожных вычтут у тебя из зарплаты!

— Я не против…

— Прекрасно! И запомни, ты здесь не для того, чтобы решать, что моей внучке можно, а что нет. Ты слишком балуешь ее. Это не воспитание! Она и так становится несносной.

— Я не балую ее, – прошептала я, глядя прямо в глаза Ясминe Галибовне. – Я просто люблю ее.

А вы ее любите? – в воздухе повис невысказанный вопрос.

Лицо женщины окаменело. В комнате повисла тишина, пронзительная и тяжелая.

— Извините…

Ухожу в сад. Эльф подбегает ко мне. Обнимает, берет за руку и сжимает пальцы, словно искала защиты. Провожу ладонью по ее волосам, пытаясь успокоить. Внутри у меня все сжимается. Чувствую себя беспомощной, и в то же время готовой заступаться за этого ребенка, чего бы мне это ни стоило.

— Не слушай бабушку. Ты очень хорошая, – заглядывает мне в глаза девочка.

После случая с пирожным Ясмина Галибовна окончательно невзлюбила меня. Не упускала возможности придраться: то я неправильно заплела Алине косу, то слишком долго задержала ее на улице, позволила ей порисовать фломастерами в гостиной. Мне оставалось только держаться и не обращать внимания. Помнить, что я лишь наемный персонал в этом доме, хотя было очень нелегко. Я чувствовала, что задыхаюсь в этом доме, где каждый шаг теперь тщательно отслеживался и оценивался.

На самом деле удивительно – при всем этом тщательном контроле я же видела, что мать Юсупова не проявляла особого интереса к Лине. Я не могла понять, почему. Ведь это ее родная и единственная внучка! Но нет, куда интереснее этой женщине было сидеть в телефоне, или принимать гостей на веранде, оживленно смеясь и болтая. Подруги Ясмины Галибовны стали постоянными гостьями. Они пили холодное шампанское и сплетничали, Ясмина была с ними очень милой и любезной, но когда дело касалось внучки, в ее голосе сразу появлялась холодность и требовательность.

Может быть поэтому Ангелина привязывалась ко мне все сильнее, как и я к ней. Это было искренне и взаимно. Ее ладошка все чаще находила мою руку, взгляд искал моего одобрения и тепла. Меня это трогало до глубины души! По сути, кроме Амира, Эльф ни от кого не получала той заботы, в которой так нуждалась. Это одновременно грело и тревожило меня.