Книга Травница для маршала орков. Яд на брачном пиру, страница 47 – Нина Тимолаева

По залу прошёл гул — злой, недовольный, настороженный.

Грузный старейшина Каменного Клыка побагровел.

— Опять она! Ты уже стояла против совета, человек! Хочешь ещё раз рвать рот не к месту?

— Я хочу, чтобы вы подумали хотя бы на два шага вперёд, — отрезала Ясна. — Если маршал виновен, кто получает его место? Кто поведёт внутреннюю стражу? Кто будет держать проходы, военные запасы и знаки дома? Кто станет распоряжаться кланом, пока вы будете спорить, чью кровь смывать с пола первой?

Эти слова ударили сильнее, чем она ожидала.

Потому что впервые в эту ночь в зале стало не просто шумно, а рвано. Не общая волна гнева — множество отдельных шёпотов, быстрых взглядов, внезапно насторожённых лиц. Люди начали смотреть не только на Рагнара, но и друг на друга.

Вот оно.

Вот та щель, через которую правда иногда пробирается внутрь, даже если ей не рады.

И именно в этот миг начальник внутренней стражи шагнул вперёд.

— С разрешения совета, — произнёс он глухо, — у меня есть слово.

Рагнар повернул голову первым.

— Говори.

Орк ударил кулаком в грудь и не поднял глаз.

— При осмотре старого военного крыла найден вскрытый сундук с остатками севернего состава. Печать маршала на нём нарушена и закрыта снова. Ключ — только у маршала и у тех, кому он доверял лично.

Ясна почувствовала, как по залу прокатывается новый холод.

Конечно.

Этого следовало ждать. Сундук уже был частью их правды — но в чужом рту он становился новой верёвкой.

Начальник стражи продолжил:

— Кроме того, один из старых ходов действительно ведёт из женского крыла к оружейной башне. О нём знали немногие. По словам старших строителей дома, путь десятилетиями держался под личным надзором маршальской ветви.

Грузный старейшина Каменного Клыка медленно выпрямился во весь рост.

— Этого довольно.

— Недовольно, — резко бросила Ясна.

— Замолчи!

— Недовольно, — повторила она, уже не сдерживаясь. — Потому что всё это только отвечает на вопрос «как», но не на вопрос «зачем». Если бы Рагнар хотел сорвать союз, зачем устраивать такую грязь, в которой первой падает невеста, а не его враг? Зачем убивать своих свидетелей? Зачем уводить Эйру живой, если проще было бы добить её ещё ночью? Это не почерк человека, который защищает своё место. Это почерк человека, который хочет столкнуть вас лбами и остаться рядом, когда вы начнёте падать.

Последние слова прозвучали слишком громко. Слишком остро.

И Ясна поняла это в тот миг, когда увидела, как несколько лиц по разные стороны стола застыли одинаково.

Не в гневе.

В слишком быстрой, слишком осторожной пустоте.

Она не успела ещё назвать это мыслью, но уже почувствовала: убийца не просто прячет следы. Он строит следующий порядок. Не после победы. После чужого падения.

Рагнар смотрел на неё тяжело и внимательно.

Будто понял то же самое.

Но времени у них уже не было.

Хорн Велд поднял руку.

— Моя печать пропала. Моя кровь исчезла. Яд связан с его запасами. Ходы ведут к его башне. Внутренняя стража рапортует о нарушенных запечатанных сундуках. И пока мы тут слушаем человеческие рассуждения о чужой жадности, моя племянница всё ещё в руках того, кто знал дом изнутри. — Он перевёл взгляд на Рагнара. — Я не кричу о твоей вине, маршал. Я требую того, что потребовал бы любой старший: на время разбирательства ты должен отдать власть над внутренним домом. Иначе каждый приказ отсюда будет пахнуть твоей собственной защитой.