Книга Мексиканский сет, страница 198 – Лен Дейтон

Следующая дверь за прокопченной тачерией — это и есть место, где мне предстоит встретиться со Штиннесом. Это просторное строение типа гаража с обшарпанным фасадом. Сверху ярко-красная вывеска с неряшливо выведенными буквами — «Анхель, автомобильные кузова». Под крышей стоит множество грузовых и легковых автомобилей в разных стадиях ремонта или реставрации. И всегда там яркие вспышки и шипение сварочных аппаратов. Работы там всегда хватает.

Я приехал заранее, провел машину через помещение и поставил ее на заднем дворе. Анхель Моралес, низенький человек с темной кожей, ухоженными усиками и вечно печальными глазами, вышел посмотреть, кто это приехал.

— Я тут встречаюсь кое с кем, Анхель, — сказал я. — Деловая встреча. — И передал ему пакет с деньгами.

Анхель с грустным видом кивнул. Это был друг моего друга, но я поставил отношения на деловую основу с первой встречи. Это лучше, чем пользоваться конспиративной квартирой, которую мне могли бы предоставить люди СИС из посольства. Анхель принял пакет и, не заглядывая в него, сунул его в карман промасленного комбинезона.

— Я не хочу никаких проблем, — ответил Анхель.

Это, по-видимому, были единственные английские слова, которые знал Анхель, потому что во время двух моих предыдущих встреч он говорил то же самое.

— Проблем никаких не будет, Анхель, — ответил я, отпустив ему улыбку, какую видишь на лицах беззаботных и легкомысленных людей.

Он кивнул и вернулся к своему занятию — стал снова кричать на парня-индейца, прилаживавшего металлическую заплату на крепко побитый грузовик.

Бернард и Штиннес приехали точно вовремя в машине Штиннеса, которую вел хозяин. Он остановил машину во дворе и вышел, но двигателя не выключал. Вернер пересел на место водителя и, подождав, пока Штиннес не отойдет, приветственно махнул рукой и включил задний ход. По небрежности он уперся задним бампером в стену. Смущенный, он рванул вперед, резко крутанул руль и укатил. Мы заранее условились, что Вернер вернется сюда через полчаса. Интересно, не обиделся ли Вернер, что я исключил его из участия в этой встрече? Но вскоре я забыл об этом думать. Вернер вполне профессионал, чтобы не позволять себе реагировать на такие вещи.

Штиннес был одет в зеленый тропический костюм, который от многочисленных стирок стал очень светлым. Воротничок белой рубашки был застегнут, но галстука он не надел. В таком виде он производил впечатление рассеянного человека, одевавшегося в спешке, но я знал, что Штиннес вовсе не рассеянный, а то, как он выбивал условия своего перехода к нам, свидетельствовало о нем как о человеке, не терпящем спешки.

Садясь в мою машину, он показался мне несколько торжественным.

— Надеюсь, все нормально, — сказал он после обмена приветствиями.

— В какую игру ты играешь, Эрих? — спросил я. — Я очень хотел бы знать.

— Про какие такие игры ты говоришь?

— Их много. Я про московскую игру. Ты нас водишь за нос, а потом и спасибо не скажешь.

— Я знаю только игру Бернарда Сэмсона. Я делаю так, как ты предлагал. Я получаю деньги, потом несколько месяцев даю показания, а там удаляюсь на обеспеченный покой.

— А насчет игры, которую ведет сам Эрих Штиннес? Заграбастывает деньги и дает ходу, исчезает с горизонта?

— Ты ж наверняка предусмотрел что-нибудь против этого, это ж твоя работа.