Книга Здесь все рядом, страница 70 – Анна Дашевская

— Понимаю… Кстати, а что наш общий друг, – он снова подчеркнул это выражение, – что он пишет насчёт следов на дорожке? – развернувшись к ноутбуку, он стал искать это место в протоколе. – Хм, занятно…

— Что пишет? Я не прочла или не обратила внимание на это место.

— Возможно, наш неизвестный шёл за женщиной след в след, потому что остались только слабые отпечатки её «угги». Ну да, если подморозило, то рисунок подошвы никак не разглядишь, – пробормотал он себе под нос, разглядывая фотографии. – Но тогда получается, что нога у убийцы маленькая, а? Размер у убитой женщины тридцать девятый.

— Или это был не «он», а «она», – проговорила я.

— А слепки со следов снимали?

Я лишь пожала плечами: мне точно было не до того. Знаете ли, первый раз в жизни увидела криминальный труп не по телевизору, а… чуть не сказала «живьём».

— Позвоните Стасу и спросите.

— Так я и сделаю, – кивнул капитан задумчиво. – Ну, хорошо, Тата, спасибо вам за ужин. Я пойду, пожалуй, чтобы не компрометировать девушку друга.

— Идите, – согласилась я. – Правда, скомпрометировать меня трудно, но всё равно – обсудить мы всё обсудили, еды никакой не осталось…

Он тихонько фыркнул и поднялся из кресла.

— Вот ещё что я хотела спросить: Ринату сейчас набрать удобно? Я звонила днём, но он, видимо был занят.

— Отключён, что ли? – я кивнула. – Он, вроде бы, в Казань собирался съездить, к родне. А зачем вам наш модный адвокат?

— Всего-навсего хотела проконсультироваться, чтобы не наткнуться на жуликов. В Москве же есть агентства, занимающиеся восстановлением истории семьи? Вот, хотела такое найти.

Олег задумался.

— Знаете, я никогда к таким не обращался, незачем было. Но… давайте так: вы пришлите мне список названий и адресов, а я их проверю по своим каналам. Почта моя есть? Ну и хорошо. А по «Пересечению множеств» я завтра посмотрю, что можно отыскать.

Полицейский ушёл, а я устроилась на диване и стала думать о том, какие странные зигзаги вырисовала моя жизнь. Ну в самом деле: ещё полгода назад я и не слыхала о Бежицах, а теперь переехала из Москвы в этот постепенно истаивающий, усыхающий городок. Сменила хорошую квартиру практически в центре столицы на смешной маленький деревянный домик, спасибо, что с удобствами. Приятельствую с монашками, кручу роман с провинциальным полицейским, пытаюсь изучать историю семьи… В первый раз за тридцать лет жизни задумалась, откуда взялись все те деньги, на которые бабушка поменяла квартиру, жила припеваючи со мной и мамой и ещё и в наследство нам оставила неплохую сумму на счёте! Вот только на этот вопрос, боюсь, никто мне не ответит: бабушки нет, маму спрашивать бессмысленно, а нанимать частного детектива для этого как-то уж совсем было бы не комильфо.

Тут мысли мои прервал телефон. Звонила мама, потом прорезалась тётушка с отчётом по санаторным развлечениям, потом я полчаса болтала со Стасом, аж ухо устало. Договорив и распрощавшись, уже совсем собралась отправляться в кровать, но телефон снова ожил.

Звонил дядя Миша.

Слышно было плохо, будто сквозь слой ваты, но голос у него был бодрый и какой-то помолодевший. Он расспросил меня, как мои дела, а на вопрос о здоровье воскликнул, что всё отлично.

— Михаил Николаевич, а вы в Бежицы возвращаться планируете? – спросила я. – У меня ж ваши коробки остались…