Книга Здесь все рядом, страница 60 – Анна Дашевская

— Докладывай, Гуляев, – приказал капитан.

Гуляев покосился на меня, но заговорил.

— Так что патрульные объезжали район согласно вашему приказу, и заметили в саду тёмную массу. Посмотрели – а там того… труп. Женщина. Холодная уже.

— Опознали?

— Ну, вроде да… Похоже, официантка это, из бара, новенькая которая. Блондинка, – он улыбнулся, показав золотой зуб.

Бекетов вздохнул.

— Тата, попрошу тебя быть понятой при первичном осмотре места преступления. Гуляев, надо второго понятого найти.

— Понял, тащ капитан, – и сержант исчез.

Вытащив из кармана телефон, Стас позвонил кому-то, кто явно был этим недоволен. С удивлением я обнаружила, что ему вполне удаётся начальственный рык, так что неведомый собеседник, похоже, смирился со своей печальной судьбой.

— Это ты криминалистов вызвал? – спросила я.

— Одного криминалиста. Второй завтра подключится, – рассеянно ответил Бекетов. – Ага, вот, видимо и второй понятой. Как ваша фамилия?

Щуплый мужичонка в дублёнке и валенках жмурился, будто его только что разбудили. А может, и правда разбудили – десятый час, так что, ежели ему рано вставать, мог уже и уснуть.

— Сукнецов я, Пётр Ефимович, – проговорил сонный. – А что?

— Пётр Ефимович, я прошу вас быть понятым при осмотре места происшествия.

— А что случилось?

— Пойдёмте, – взяв Сукнецова за локоть, Стас повёл его по тропинке в сад.

Я пошла следом.

Как-то до этого момента мне удавалось не смотреть в ту сторону, где под заснеженной корявой яблоней чернела непонятная масса. Но теперь деваться было некуда. Пока я шла вперёд, какой-то отстранённый наблюдатель внутри меня с интересом ждал – а как я отреагирую на криминальный труп? Упаду в обморок, отвернусь? В кино, например, женщины обычно начинают орать во весь голос…

Увидев, что ждёт впереди, Сукнецов задёргался, упёрся ногами и сказал:

— Не пойду! Я мертвяков боюсь, не буду смотреть. Не буду! – и вдруг упал в снег.

Пока Бекетов, чертыхаясь сквозь зубы, приводил его в чувство, я подошла ближе и взглянула на тело.

Женщина лежала на спине и смотрела в ночное небо широко открытыми глазами. Ни на лице, ни на бежевом новеньком пуховике не было видно никаких следов, светлые волосы выбились из-под чёрной вязаной шапки и обрамляли лицо. Наверное, её можно было бы принять за живую, если бы на пухлых губах не лежали крупные снежинки.

Лежали и не таяли.

Всё это заняло довольно много времени – пока привели в чувство Петра Ефимовича, пока уговорили его присутствовать при осмотре сада и дома, пока составили протокол… Я механически его подписала. И сержант Гуляев наконец-то отвёз меня домой.

Видимо, Бекетов попросил его об этом, потому что сержант вошёл со мной вместе и старательно осмотрел дом, даже под кровать заглянул. После чего попрощался, пожелал спокойной ночи и удалился.

Ужинать я не стала. Умылась, легла и стала думать.

Мне не давало покоя чувство, что я что-то упустила, что-то важное. Но вот что? Вертела я эту мысль по-всякому, с ней и заснула, она же и разбудила меня среди ночи. Было темно и так тихо, что, кажется, я слышала, как падает снег. Я была уверена, что мне приснилась разгадка всей истории, но сон, как всегда и бывает, ушёл, не попрощавшись.

Ладно, ещё раз. Можно даже глаза не закрывать, всё равно ничего не видно…