Книга Грибная неделя, страница 76 – Анна Дашевская

Тёмный взгляд немолодой полной женщины, сидящей напротив меня на диване, был нечитаем, словно у статуй периода архаики, и такая же загадочная улыбка чуть трогала губы.

— Да кто угодно, – ответила она лениво. – Ты мог, запросто.

— Наверное, – согласился я. – А вы?

— И я бы сумела, если бы был помощник. Ну так у меня Катя есть, мы с ней вдвоём всё можем. А так, кого не перебери – возможность была у всех, вопрос другой. Cui Bono?

— Is fecit cui prodest! – латынью же откликнулся я. – И? ¹²

— И всё. Мы с тобой, Лёшенька, не знаем всех фактов, и следовательно, не имеем возможности делать выводы. Можем только рассуждать с нашей позиции, что Джамиля не убивала, потому что ей не было необходимости делать это самой. Но в то же время… – Галина Петровна замолчала, поднеся к губам чашку с давно остывшим, подёрнувшимся плёнкой чаем.

— Но в то же время у неё могли возникнуть обстоятельства, которые не допускали вмешательства великого и ужасного господина Байрамова, – договорил Миша.

Я посмотрел на него и подумал, что точно также ничего не знаю о Михаиле Лозовом, как и о любом другом члене коллектива. Ну, вот Олег слегка раскрылся, чуть-чуть понятнее стала Катерина, а так – каждый день проводим вместе треть суток, и практически незнакомы.

— Ты прав, – я хлопнул ладонями по коленям и встал. – Предлагаю на этой ноте завершить дискуссию и разойтись до ужина по своим норам.

— А сколько у нас до ужина? Надо бы пойти и узнать у нашей кухарки, – произнесла задумчиво Екатерина Григорьевна.

Легко поднявшись из глубины мягкого дивана, она отправилась выполнять сказанное.

«Надо же, как она двигается! – подумал я. – Как кошка. Или балерина. Или диверсантка, ниндзя какая-нибудь… Интересно, а сколько это Катерине лет? Она ведь намного младше главбуха, но одевается почти также, в бесформенные длинные юбки и старомодные кофты на пуговицах. Зачем? Н-да, как говорила Алиса, всё страньше и страньше, я скоро сам себя подозревать начну. А нет, не начну: на момент убийства Рината у меня твёрдое алиби. Если только эти два убийства связаны… Cui bono, cui bono? Мне известна одна возможная причина для убийства Андрея, но ведь их может быть ещё десяток! Да, нам всем тут страшно не хватает Эркюля Пуаро…»

С этими «мудрыми» мыслями я поднялся по лестнице, и уже возле комнаты меня догнал голос Екатерины Григорьевны:

— Ужин через сорок минут! И просили не опаздывать!

Дверь моей комнаты почему-то была приоткрыта, хотя я отчётливо помнил, что запирал её на ключ. Книжный или киношный герой сжал бы в кармане что-нибудь тяжёлое, например, случайно попавший туда камень, и отворил дверь осторожно, так, чтобы она не скрипнула.

Большая удача, что я не киноперсонаж. Красть у меня нечего, в карманах, кроме носового платка, ничего не оказалось, так что к себе я вошёл спокойно. Посреди комнаты верхом на стуле сидел Олег, положив на спинку стула кулаки, а на них – подбородок.

— Катерина не возвращалась ещё? – спросил он.

— Неа… – я улёгся на кровать и закинул руки за голову.

— Даже не спросишь, что я нашёл в комнате Костика?

— Я так понимаю, ничего, что позволило бы его заподозрить?

— Именно так. Но это ещё не всё, что я узнал…

— То, что ты узнал, называется «ничего», – хмыкнул я, изучая расположение сучков на досках потолка. – Зря мы всё это затеяли. Только перепачкаемся в чужих секретах да отношения с коллегами испортим. Никакой пользы, кроме вреда.