Книга Грибная неделя, страница 4 – Анна Дашевская

Тряхнула головой, влезла в кроссовки, пошла к двери… Стоп! Таблетку не выпила!

Я вернулась, достала косметичку, вытащила блистер с таблетками и вдруг разглядела в глубине, под коробочкой с тенями, тушью и прочей ерундой какой-то незнакомый пузырёк.

— Эт-то что ещё такое?

Полезла доставать… «Нет, погоди! – сказала я сама себе. – Неизвестные пузырьки сами по себе где попало не бродят, значит, его сюда кто-то положил. Не стоит хватать руками и оставлять свои следы. Ну-ка, где тут были бумажные носовые платки?».

Осторожно подцепила чужое и вытащила на свет божий. Так, что тут у нас?

«Дигоксин» ¹. Кажется, это сердечный препарат? Надо будет проверить по справочникам… Откуда бы ему тут взяться? Я его не принимала никогда в жизни, просто не было необходимости. И точно знаю, что этот флакон ещё вчера вечером в моей косметичке отсутствовал. Значит, кто-то его сюда подложил? Зачем?

Я бы продолжала рассуждать, стоя посреди комнаты с аптечным пузырьком в руках, но в коридоре раздались голоса, шаги, в мою дверь постучали и голос Тамары громко спросил:

— Ты идёшь?

— Иду! – заорала я в ответ.

Завернула флакончик в бумажную салфетку и сунула в карман. Надо найти место и спрятать…

Мы с Тамарой устроились на одном из диванов и внимательно смотрели на остальных, тех, кто спускался позже нас. Не знаю уж, что хотела увидеть моя подруга, а я пыталась хотя бы предположить: кто убил Андрея? Кто подложил мне флакончик с таблетками? Это один человек или два? Разумеется, я не имею в виду совпадения, это штука редкая. Но тот или та, у кого был в наличии дигоксин, могли испугаться обвинения в убийстве. Препарат-то непростой, обращаться с ним надо, как с тухлым яйцом, то есть, бережно и осторожно. Всех подробностей я не помню, найду потом информацию, но, кажется, он мог вызвать головокружение и потерю сознания. А от этого один шаг до падения с лестницы, особенно такой крутой, как здесь.

Прыгая через ступеньку, спустился Алексей. Осмотрел всех собравшихся, пересчитывая. Наши взгляды встретились, и он чуть заметно кивнул. Потом поглядел на Ирину.

— Ты разрешишь?

— Командуй, – хрипло ответила она.

— Командовать будет полиция, я их вызвал. Обещали приехать минут через сорок-пятьдесят, как дорога пойдёт. Сейчас нужно будет кому-то сходить и предупредить Ивана Павловича…

— Давай я схожу, – медвежья фигура Михалыча поднялась с дивана.

— Вдвоём с кем-то, пожалуйста. Я уже говорил, с момента обнаружения тела постарайтесь не оставаться поодиночке.

Идти с Михалычем вызвался курьер Олег. Алексей продолжал говорить, и все смотрели на него. Я воспользовалась моментом, потихоньку вытянула из кармана пузырёк вместе с бумажным платком и затолкала поглубже между сиденьем дивана и подушками. Подняла глаза: Лёша смотрел прямо на меня… Я замерла, словно мороженая курица, не в силах отвести взгляд.

Бесконечно долгую секунду мы играли в гляделки, наконец, он отвернулся и продолжил говорить.

— Вспоминайте, кто что видел необычное…

— Так для нас тут всё необычное! – выкрикнул женский голос откуда-то слева и сзади. – Что ты имеешь в виду?

Джамиля, кажется, у неё такое чуточку специфическое произношение.

Алексей терпеливо разъяснил:

— Я имею в виду – что-то, чего тут не должно было быть. Или не должно было быть сейчас. Ну, например, открытое окно – не сезон вроде как. Или… Не знаю, доска, валяющаяся посреди коридора. Пыль насыпалась горкой, опилки… Понятно?