Онлайн книга «Искатель, 2008 № 02»
|
— А вон моя «ласточка». У поликлиники в окружении куда более импозантных машин стоял его «жигуленок». Признаться, Матвей не ожидал увидеть «ласточку» там, где он ее оставил. С другой стороны, кто позарится на этакую древность? Ну не Динозавр же, магнат и негодяй! Вот если бы Сидоров знал, что скрывается под капотом... Но и тогда вряд ли. Он что, «фордовских» движков не видел, что ли? — Какая из? — спросила Лисичкина, верно сообразившая, что речь идет об автомобиле. Видимо, особенности мужской психологии были ей знакомы. Ответа она не получила. Спецагент, ступивший на проезжую часть, неожиданно повернулся, обнял ее и припал губами к ее губам. Марина забилась, но вырваться смогла лишь после того, как Быстров ослабил объятия. — Вы с ума сошли? — Извините. Так было надо. — Вам? — И вам тоже. — Мне? С чего вы взяли? Она осеклась, потому что увидела, как надраенный до блеска джип «Чероки», только что промчавшийся в метре от них, сворачивает к автомобильной стоянке у поликлиники. У заднего стекла джипа болтался игрушечный осьминог. Из автомобиля вывалились четыре зловещего вида амбала. Не глядя по сторонам, они направились к «жигуленку» спец-агента. «Спохватился Динозавр, — констатировал Матвей. — Засаду решил устроить. Обставляет флажками, как загонщик волка. Значит, не верит в нашу безвременную кончину и допускает, что мы выберемся из подземелья». — Марина, я был вынужден... — стал оправдываться он. — Прощаю, — сказала Лисичкина отчего-то с ноткой неудовольствия. Амбалы тем временем окружили машину. В руке одного из них блеснула стальная полоска. Она скользнула в щель воздухозаборника, и капот поднялся. В руке другого амбала появилась монтировка, с нею он и полез под капот. Быстров понял, что его грубо лишают средства передвижения. Сейчас раскурочат мотор и встанут где-нибудь неподалеку беглецов дожидаться. Но каков Динозавр! Такую малость, что оплошают его бандюганы, не сумеют остановить агента на пути к «жигуленку», лови его потом по всем дорогам, — и ту учел! — Подождите здесь. Быстров подтолкнул спутницу к автобусной остановке, где Марина могла укрыться за металлическими стенками павильона. Ему же прятаться надоело. Да, конечно, удар исподтишка самый болезненный. Да, разумеется, есть логика в том, чтобы Динозавр считал его покойником. Все верно, но всему же есть предел! Зачем «ласточку» уродовать? К тому же разворошить осиное гнездо, явить себя живым и заставить противника предпринимать поспешные действия, а значит, ошибаться — это тоже испытанный способ. И кто сказал, что он хуже удара бейсбольной битой по спине? Оправдывая себя этим соображением, Матвей метнулся через дорогу, прокрался вдоль бетонного забора, соединяющего проходную больницы и поликлинику, после чего с независимым видом вышел из-за угла. На него не обратили внимания — так, шляется какая-то пьянь грязная, а когда обратили, было поздно. Обойдясь без вопросов и предупреждений, Быстров подпрыгнул и дотянулся ногой до лба ближайшего амбала. Тот только и успел промычать «ы-э-ы!» — и распластался на мостовой. — И-е-й-ё! — выдохнул сквозь зубы Матвей, использовав немалый запас ударных гласных, крутанулся и заехал ногой в пах следующему противнику. — О-о! — согнулся тот, выронил монтировку и прикрыл ладонями свое изуродованное мужское достоинство. Заверещал: — Ю-ю-ю... — Потом загудел, опускаясь на колени: — У-у-у... |