Книга Искатель, 2008 № 04, страница 58 – Журнал «Искатель», Владимир Куницын, Кира Вельяшева, и др.

Пока Вася Гуров вел машину, Стас пытался его изучить. Сразу было понятно, что майор службой дорожит и дешево не продастся.

— Отличные здесь места, майор. Все такое натуральное. Дикая природа... У нас в Австрии тоже красиво, но все как на макете. Чистенько, ровненько. В лесах газонная трава, как на футбольном поле. Ни тебе бурелома, ни покосившейся избы. Неуютно как-то.

— Это точно! В Европе все искусственное. Эрзац. Порядка много, а души нет. Мы же не немцы какие-то. У нас все наоборот. Души много, а порядка нет... У меня тоже душа к природе тянется.

— У тебя дача хорошая?

— Да никакой еще нет. Не заработал.

— Жаль... А давай я тебе, майор Гуров, дачу подарю. С большим участком и на берегу реки.

Гуров притормозил, повернулся, взглянул на Силаева очень жалобно, быстро перевел взгляд наверх, на крепление светильника и неожиданно бодро ответил:

— Спасибо за предложение, господин Силаев, но принять его не могу. Слишком дорогой подарок и очень на взятку похож. А это у нас не принято. У нас никто в России взяток не берет.

— Тогда я попрошу генерала, чтоб он вас поощрил.

— И этого не надо. Не за награды работаем... Вот уже и приехали, господин Силаев.

От машины до особняка надо было пройти по парку около ста метров. Этого им хватило для обстоятельной и взаимовыгодной беседы. На первых же метрах майор притормозил Стаса и спросил напрямик:

— А вы серьезно готовы были мне дачу подарить?

— Серьезно.

— Просто так?

— Конечно же, нет. За просто так никто деньги не дает. Мне помощь нужна. Я в Дубровске никого не знаю, а ты, Вася, очень подходящий человек.

— Что делать надо? Работа не пыльная?

— Не пыльная и не мокрая... Ты сколько в месяц получаешь? Лучше, если в евро.

— В евро не пересчитывал. А в долларах до двухсот баксов выходит.

— Тогда держи, Вася, две тысячи евро. Это твой годовой оклад. Это аванс. Маленькая частичка от того, что ты получишь потом.

— Так что мне делать?

— Пока ничего... Тебя ко мне Щепкин приставил?

— Он.

— Так ты не говори генералу ни о нашем разговоре, ни об этих деньгах.

— Да что я, дурак?!

На следующий день Крылов сделал три важных дела: купил по доверенности вполне сносную «Ладу» серого цвета, снял недалеко от города дачку и заставил переодеться Хлебникова. В темном костюме с галстуком тот был как бельмо на Дубровске. Его было видно со всех сторон.

Теперь в простеньких джинсах, в серой футболке и бесцветной куртке он сливался с массой дубровских парней, что позволяло легче уходить от топтунов. А их уже было трое. И имелась при них машина, которая спокойно могла догнать трамвай.

Дубровские менты были простоваты. Они в шпионских академиях не обучались. Поэтому обложили только центральный вход в гостиницу. Один из них сидел в холле с газетой, другой в черной «Волге» караулил прямо под вывеской «Отель», а третий топтался около фонтана с купидоном, поближе к трамвайной остановке.

Саша Хлебников еще раз вспомнил полученную от Олега инструкцию, сделал глубокий вдох, натянул бейсболку и вышел из своего номера. По узкой боковой лестнице он, минуя холл, спустился прямо в ресторан гостиницы. Пролетев пустой зал, адвокат нырнул в комнатку, где отдыхали две скучающие официантки. Одна хотела что-то сказать ему, но поленилась.

Хлебников рванулся дальше, в кухню. Там повариха не поленилась и выдала громкую, грозную, невнятную фразу. Слов Саша не разобрал, но по тону угадал стандартное: «Ходют тут всякие! Работать мешают...»