Книга Искатель, 2008 № 04, страница 57 – Журнал «Искатель», Владимир Куницын, Кира Вельяшева, и др.

— Ты кто такой?

Баскаков сразу же развернулся и подставил ухо. Олег послушно выпятил губы и зашептал:

— Я не адвокат. Я сыщик из Москвы. Меня зовут Олег Крылов.

Опять смена позиции, и теперь уже ехидно шепчет Ким Баскаков:

— И кто же тебя нанял, Олег Крылов? На кого ты работаешь?

— Считай, что меня наняла твоя невеста. Лариса сама позвонила в Москву.

— Кому? Моему отцу? От него никакой помощи я не приму!

— Так я и знал! Но надеялся, что Ким Баскаков не полный идиот. Ошибся... Мне уходить?

— Ладно, Олег, проехали... Я просмотрел список и думаю, что у меня есть шанс. Железное алиби.

— Какое?

— Не скажу. Не верю тебе... Верю, но не до конца. Сделай для меня две вещи, тогда поверю полностью... Первое: выведи Ларису из больницы и спрячь где-нибудь.

— Сделаю! Я тоже боюсь, что ей угрожает опасность... Что еще?

— Устрой мне побег.

Первые минуты Силаев очень волновался. Он никак не ожидал, что губернатор пригласит в кабинет всех заинтересованных лиц.

Меньше всего Стас боялся, что его узнают сам Афонин или Петрин. Двух этих прохвостов он видел полтора десятка лет назад, и то — накоротке. Первый раз на улице во время драки. И мельком у следователя на опознании... Эти двое могли вообще забыть эпизод с неким Максимом Жуковым, а уж опознать его в образе Стаса Силаева после великолепной пластической операции...

Со Щепкиным он встречался чаще, но в те же далекие годы. И происходило все это в шумных компаниях, в тесных комнатках, темных от сигаретного дыма и тумана от дешевого портвейна... Правда, Щепкин мент. За годы службы у него могла развиться профессиональная память на лица. Очевидно, не развилась.

Самым опасным был Игорь Забровский. Шесть-семь лет назад Силаев, тогда еще Макс Жуков, был его начальником, и общались они по три раза на дню... Но и Забровский, бросая взгляды на гостя из Европы, никоим образом не проявил волнения от узнавания... Силаев хорошо помнил, что его бывший заместитель уж очень прагматичен и напрочь лишен воображения. Для него никогда не может быть того, чего не может быть. И сидящий напротив австрийский бизнесмен никогда не может быть Максом Жуковым, который так удачно сгорел в своей машине. Не может быть, и все! Даже если и уловилось что-то знакомое в глазах, в жестах, в голосе.

С лица Афонина не сходила улыбка. Он успешно подводил к завершению встречу высокого австрийского гостя:

— В наш медвежий угол не часто залетают бизнесмены такого уровня. А зря! Все условия есть. Прибыль можно лопатой грести... Вы — первая ласточка, а значит, вам основной почет и уважение. Разместим мы вас в особняке на берегу реки. Машину из моего гаража за вами закрепим и еще вот этого бравого парня как шофера, секретаря и вообще...

Скромно сидевший в дальнем углу мужчина резво вскочил, вытянулся и шаркнул ножкой... Силаев сразу все понял и, стараясь не улыбаться, спросил:

— Он военный?

— Да, господин Силаев. Не буду скрывать. Майор Гуров из ведомства товарища Щепкина.

— Так, значит, господин Гуров полицейский.

— Скорее, милицейский... Но это и хорошо. Кроме дел и отдохнуть надо. А у Щепкина по этой части все схвачено: вертолет есть, катера, вездеходы. Все для охоты, рыбалки и пикников... Увеселительные заведения, казино и театры, под его опять же надежной защитой. Как у нас говорят, под его крышей... Мы не Таиланд, но и по женской части развлечения можно организовать. Очень широкий выбор...