Онлайн книга «Искатель, 2008 № 05»
|
Сырник поднял свою рюмку, посмотрел на Анжелику, чокнулся с ней и выпил. Девушка последовала его примеру. Я так понял, что напарника не интересовало, куда подевались Ковальчук и Олеся, он намеревался охранять Анжелику до утра. Где? Наверное, в своей машине. Сырник залез в холодильник, достал шейку и копченое мясо, порезал и положил на тарелку Анжелики. Потом снова наполнил ее рюмку. Похоже, между ними установилось полное взаимопонимание, и напарник мог рассчитывать на что-то более существенное. В своей машине. А если он надеялся, что я оставлю их на кухне, — ошибался. Впрочем, он может охранять девушку и в ее комнате, там ведь больше никого нет. Но это — его личное дело, я к нему не имею никакого отношения. — Ты зря испугалась Бориса, он умнее нас, и вообще — замечательный парень, — говорил Сырник Анжелике. — Настоящий друг. Я тебя познакомлю с ним, сама увидишь. То же самое сказал бы и я черноглазой Ирине, если бы она пришла ко мне. Но ее не было и быть не могло, Лена придет попозже, часам к восьми. А что делать до этого? Мысли об исчезновении Ковальчука и Олеси не выходили из головы. Вот и расслабился, вот и отдохнул... — Заткнись, Олег, — сказал я. — Лучше думай о том, что все это значит. Неужто Ковальчук такой дурак, что пойдет на еще одно «мокрое» дело? Зачем? — Откуда я знаю? Мы ж договорились — все. Анжелике поможем, как и обещали, а остальным пусть Габрилян занимается. — Ну шо вы, Андрей Владимирович, ругаетесь на него? Хто же знаеть, куда они подевались? Телефонный звонок избавил меня от объяснений. Но последовавший диалог был, несомненно, самой интересной сценой сегодняшнего театра абсурда. — Андрей Владимирович? — услышал я в трубке мягкий голос. — Мы хотим поговорить с вами на тему, которая интересует вас. — Уже не интересует, — сказал я, догадываясь, о чем пойдет разговор. — Но вы можете сказать. Сырник и Олеся замерли, глядя на меня. — Только при личной встрече. Речь идет о жизни девушки. Мы проделали кое-какую работу... — Вы — это кто? Представьтесь, пожалуйста. — Это неважно. Нам надоел этот сумасшедший строитель. К официальным лицам мы обращаться не будем. Хотите — возьмите его, спасите девушку. Будете героем. И навсегда забудете об этом деле. Не хотите — он уберет девчонку и уйдет. — Хачонкин? — спросил я. — Андрей Владимирович, вы же умный человек. Это было бы слишком простым решением. — И то правда... Где мы встретимся? — На Рублевке. За «Кунцевской» первый надземный переход; возле него, с правой стороны, если ехать из центра, я буду вас ждать через полчаса. Надеюсь, успеете собраться? — Вполне. — Иного я и не ожидал. Но, Андрей Владимирович, вы должны быть один. Ни ФСБ, ни следователей с ОМОНом, ни вашего напарника. И лучше — без оружия и без фокусов. Если заметим что — просто уйдем. А там дело серьезное, девчонка вряд ли доживет до утра. Понимаете, кто будет виноват в ее гибели? Я понимал. Я буду виноват, кто же еще? — Допустим, я выполню ваши требования. А каковы гарантии, что говорю с человеком, который держит слово? — Оно и есть гарантией. Мое слово. Я никогда не нарушал его и впредь не собираюсь. — Хорошо бы иметь хотя бы двух свидетелей, которые бы подтвердили это. — Вы сами станете одним из них. Но мы слишком долго разговариваем. Ваше решение? |