Книга Патруль 7, страница 91 – Макс Гудвин

Я сменял автобусы, спал, пока ехал, ел в придорожных кафешках, где у людей больше не было этой лживой американской улыбки. Эти хмурые ребята, которых я тут встречал, чем-то напоминали нас, сибиряков: не улыбались, были скупы на слова и настороженно относились к чужакам. За эти дни я проехал Айову, Небраску, Южную Дакоту. Долго и с пересадками.

Я смотрел в окна автобусов на бесконечные кукурузные поля, на коров, на маленькие городки с водонапорными башнями и думал о доме.

Автобусы несли меня на север, оставляя за собой штат за штатом, милю за милей, и я даже научился считать расстояние в их милях, примерно умножая всё на полтора. Так, например, 100 миль было равно 160 км.

Три дня пути. Три дня без Тиммейта. Три дня, когда я сам решал, куда идти, на чём ехать, где спать и что есть. И это было… странно. Словно у меня вырезали часть мозга, которая отвечала за аналитику, оставив меня одного с интуицией и рефлексами.

Автобус затормозил на маленькой станции. Название города я даже не запомнил — какая-то дыра с населением в пару тысяч человек. Я вышел, забрал рюкзак и огляделся.

Монтана встретила меня жарой, но не душной, какая бывает в южных штатах. Небо над головой было огромным. Казалось, что оно давит на землю своей синью, а по нему медленно плывут белые, пушистые облака, отбрасывая тени на поля. Воздух тут пах травой и сухой землёй, а горы на горизонте были словно синие, подёрнутые дымкой облаков, и тянулись бесконечно, уходя куда-то на запад, в сторону Йеллоустоуна. А на востоке, насколько хватало глаз, простирались равнины, покрытые зеленью.

Я глубоко вдохнул и выдохнул.

— Тиммейт, — сказал я, вытаскивая телефон из кармана и включая гаджеты.

Экран моргнул. Потом ещё раз. Потом загорелся, и на нём появилась знакомая зелёная пульсирующая точка. Наушник ожил, и я услышал голос, который не слышал три дня.

— Привет, — произнёс Тиммейт. В его синтезированном голосе было что-то почти человеческое — усталость, облегчение, радость. — Я рад, что мы живы.

— И я, — ответил я, прислоняясь к стене автовокзала. — Слушай, я за эти три дня много думал. Ты так быстро тогда нашёл телефон Хорхе… ты не мог бы мне найти телефон, к примеру, Путина?

— У Путина нет телефона. Точнее, есть, но мы до него не дозвонимся. Его проводная связь защищена на физическом уровне. Это как пытаться скачать бумажную книгу через интернет.

— Жаль, — произнёс я. — Я хотел бы президенту поведать, что у нас в ОЗЛ и в целом в стране происходит. Потому что такой кавардак какой там происходит сейчас с нашим ведомством, если еще повезёт, я решу только лишь кровью, а он сможет одним словом.

Тиммейт замолчал. Я слышал, как в наушнике потрескивает — он думал, перебирал варианты, анализировал.

— Путина не могу, — наконец сказал он. — Но я могу сделать видеосвязь с тем, кто постоянно сидит в гаджетах и тоже кое-что вроде как решает.

— С кем это? — не понял я, но он уже соединял.

Снова сюрпризы в его стиле…

Я присел на скамейку, прислонившись спиной к стене автовокзала. Вокруг не было слишком шумно, по дороге ездили редкие машины, разговаривали люди, ожидающие автобуса, хлопали двери машин. В телефоне, который я держал перед собой на вытянутых руках, пульсировала зелёная точка соединения.