Книга Развод под 50. Дорогая, тебе пора в утиль!, страница 38 – Оксана Барских

— Все заняты, — грубовато отвечаю я, заметив, что она ждет моего ответа, и ухожу наверх. Умыться и переодеться после сна.

Слышу, как она что-то недовольно бормочет, с хозяйским видом проходясь по первому этажу, но решаю пока отложить неприятный разговор на потом.

Пишу детям, чтобы приехали все к шести вечера, предупреждаю о тетке, а когда спускаюсь, слышу, как Дарина хозяйничает на кухне.

— Совсем распустились тут без меня, грязь развели, живут, как в свинарнике, — шипит она, но я не расстраиваюсь, за все эти годы привыкнув к тому, что она настолько любит чистоту, что практически сдвинута на ней.

Остановившись у порога кухни, я наблюдаю за тем, как она управляется с кофеваркой, что-то ворча себе под нос.

Внешне они с Ромой практически копия. Оба чернявые, с ярко выраженными чертами лица и большими выразительными глазами.

Но при всей своей привлекательной внешности, Дарина за пятьдесят пять лет так и не вышла ни разу замуж и не обзавелась семьей. Может, оттого и лезла в нашу, стараясь восполнить отсутствие мужа и детей.

По душам мы с ней никогда не говорили, а Рома не любил влезать в жизнь сестры, так что о причинах я не в курсе, но вот само ее присутствие заставляет меня злиться. Она приехала совсем не вовремя, будто чувствовала или знала, что именно сейчас она тут как нельзя некстати.

— Что ты стоишь у порога, Полина? Может, угостишь гостью завтраком?

Голос Дарины заставляет меня выйти из оцепенения, так что я отталкиваюсь плечом от косяка и подхожу к холодильнику. У самой урчит живот, да и после сна я пока не в силах идти на конфронтацию.

Несмотря на ее грубость, в душе у меня шевелится нечто вроде чувства вины, что я не предупредила Романа о приезде его сестры. Тогда бы он точно послал за ней водителя.

Как бы я не уговаривала себя, что мне надо перестать быть для всех девчонкой для битья, я настолько привыкла вести себя тихо и спокойно, что элементарно сложно вытравить из себя эти качества.

— И как часто Рома по командировкам разъезжает? — брюзжит за спиной Дарина, пока я варю кашу.

Я неопределенно пожимаю плечами, а затем вдруг застываю, заметив кое-что, на что раньше не обращала внимания.

— Как давно ты знаешь? — спрашиваю я, обернувшись.

Дарина сидит за столом, посматривая на меня хмуро. Лицо ее выглядит при этом обеспокоенным, и мои подозрения усиливаются.

— Знаю что?

На секунду меня охватывает смятение, и я осекаюсь, тщательно изучая выражение ее лица и глаз, но ничто не говорит о том, что и она все эти пятнадцать лет держала меня за дурочку.

— Знаешь про Ирину Малявину.

Я ожидала, что озвученное имя заставит ее вздрогнуть или хоть как-то проявить себя, но этого не происходит. В ее глазах по-прежнему непонимание. Но она всегда была догадливой и сообразительной, так что до нее быстро доходит.

— Так Рома все-таки загулял, как я и предполагала?

Последняя фраза явно лишняя, но она всегда была остра на язык и в этот раз себе ни в чем не отказывает.

— Тогда понятно, зачем он меня вызвал.

Ее губы кривятся, и она как-то быстро теряет всю спесь, словно сдувается разом. Бездумно смотрит в чашку с кофе и, опомнившись, делает несколько жадных глотков, словно пытается на время отгородиться от меня.

— Так это он тебя позвал? — усмехаюсь я. — Что, решил вызвать тяжелую артиллерию? Начнешь мне нотации читать и поучать, что я сделала не так, как жена, раз у меня муж загулял? Ну давай, начинай, я тебя внимательно слушаю.