Книга Развод под 50. Дорогая, тебе пора в утиль!, страница 35 – Оксана Барских

На удивление, муж идет на контакт. Словно за эти дни он остыл. Даже не разбрасывается угрозами, как я опасалась, а будто хочет достичь компромисса, чтобы сохранить наш брак. Но если неделю назад мне такое его поведение нужно было, как глоток воздуха, то сейчас это уже не играет никакой роли.

Рома успел показать мне изнанку нашего брака и свое истинное лицо. Назад не переиграть, как бы ему не хотелось.

— Насчет галереи… — начинаю я самую тяжелую часть разговора, пока не передумала, но он меня перебивает.

— Завтра транш поступит, и галерея заработает снова, как часы, Поля, не забивай себе этим голову.

На секунду мне кажется, что это прежний Рома, в которого я когда-то влюбилась, но он открывает рот и развеивает мои заблуждения по ветру.

— Я же говорил, Поля, что у всего есть своя цена. Ты свою после истерик и концерта озвучила, и она меня вполне устраивает, дорогая, — холодно и цинично улыбается он, и у меня всё внутри спазмом сводит от неприятной горечи, которая оседает между ребер. — Это всё? Или еще будут какие пожелания?

Выдыхаю, чувствуя себя не в своей тарелке, и прикусываю язык, чтобы не начать кричать и обвинять его в черствости и цинизме.

— Малявина должна исчезнуть из этого города — без должности, без шанса когда-либо здесь работать, с клеймом, которое закроет ей все двери в медицине, — выдавливаю я сквозь сжатые зубы.

— Много просишь, — лениво говорит Рома и наклоняет голову набок, пристально меня изучая.

Затем подается вперед и прищелкивает языком.

— У всего есть цена, Поля. Убедишь взамен детей, что у тебя было помутнение рассудка. Что Ира эта просто вешалась на меня, а ты приревновала и ошибочно посчитала, что я тебе изменяю. Если дети поверят и перестанут на меня волком смотреть, я выполню твою просьбу. Ясно?

Меня будто с головой окунают в бочку воды, заставляя захлебываться и пытаться сделать долгожданный глоток воздуха. Я дергаюсь, чувствуя, как ворот пижамы буквально душит меня, но как бы не оттягивала его, а всё равно легче мне не становится.

Обелить Романа перед детьми… Что может быть сложнее? Что может быть слишком тяжкой задачей, как не это его требование…

И дело не в том, что это невозможно.

Нет.

Мне просто не хочется.

Всё нутро восстает против этого.

Вот только это единственный шанс сейчас, чтобы добиться своего.

— Хорошо, — цежу снова. — Завтра я обзвоню их.

Я стараюсь дышать ровно и не паниковать.

Ничего.

Шаг назад — это не проигрыш.

Это всего лишь битва.

Настоящая же война еще впереди.

И ее я непременно выиграю.

Рома смотрит на меня с прищуром. Оценивающе. Сомневается, можно ли доверять моему слову.

Я же встречаю его взгляд прямо, стараясь не показывать своего отвращения к нему. Больше всего на свете сейчас мне хочется залепить ему пощечину, чтобы стереть самодовольство с его лица, но я держусь. Контролирую не только свой порыв, но и эмоции, зная, что его довольно сложно обвести вокруг пальца.

Но я замужем за ним тридцать лет, так что давно научилась ловить дзен, когда это нужно. Не раз гасила приступы его гнева, когда он выходил из себя. В этот раз всё происходит наоборот, но цель от этого не меняется.

— Рад, что ты проявила благоразумие и поняла, что в твоих же интересах сохранить наш брак, Полина.

Роман кивает и кривит в ухмылке губы, а я не нахожу слов, чтобы что-то ему ответить. Вместо дальнейшего разговора, как я боялась, он, к счастью, смотрит на часы и хмурится. Явно куда-то спешит.