Онлайн книга «Развод. Прошла любовь, завяли помидоры»
|
— Надь, я смотаюсь к ней быстренько и вернусь, оставайся тут. — Нет, Лёш, проводи меня домой, я у себя буду спать. — Надя… я тогда к тебе приду. — Алексей… — Надежда! — Я ночую у себя. А ты… ты приходишь утром. Или когда ты там сможешь, понял? — Ультиматум? — Нет. Просто поэпизодный план действий. Выдыхает шумно, недоволен, ноздри раздувает. — Надь, давай без этого, а? — Без чего? Усмехаюсь, делая вид, что не понимаю. — Без всего. Я хочу тебя в своей постели. Без всего. — Тебя жена ждёт. — Ты серьёзно сейчас, Надь? Пожимаю плечами, серьёзно – не серьёзно, какая разница? Она жена и она реально ждёт. И что мне делать? — Мы утром едем к адвокату узнавать насчёт развода, поняла? Завтра же утром начинаем решать эту проблему. — Зачем? — Затем, чтобы я приходил домой, а ты ждала меня в моей постели голенькая, ясно? Потому что я так хочу. — А я? — А ты не хочешь? Смотрит, гад, прямо в глаза! Знает же всё… — Хочу, Лёш… — Ну вот и всё. Оставайся. — Не сегодня. — Тыц, дрыц… Надя! – он, похоже, слегка выходит из себя всё-таки. — Алексей, я сказала, что пойду домой, и я пойду! И ухожу. Он провожает. Так же страстно целует в подъезде. — Завтра утром буду. Утро. Снова звонит Гусаров. — Надь, ну ты где? В Караганде, блин. Бегу. Спешу и падаю. — Еду! На самом деле, собираю его манатки. В больницу. И думаю, что на самом деле вещей у нас за жизнь накопилось до хрена. И куда их девать? И как это делить? Ладно, разберемся. Надо на самом деле уже добраться до адвоката и до судьи. Подать документы и дело с концом. Разведут, никуда не денутся. И имущество разделят поровну. Если Сережа, естественно, не совсем сволочь. Так-то по-хорошему, даже интересно, сможет ли он меня обобрать? Меня, свою дочь… Квартиру не хочется продавать, просто до одури! Она хорошая, уютная, я с такой любовью её обставляла, я к ней, чёрт возьми, привыкла! Но не жить же с бывшим мужем на одной площади? Слушала я и про такие семьи. Развелись. А разъехаться не получается. Так и живут. Место делят в холодильнике. А потом… Потом кто-то сходится обратно, просто от безысходности. А может и нет? Может, пожив вот так, как соседи, начинают понимать, что потеряли? Меняют своё отношение друг к другу? Может и так. Но я так не хочу. Я не могу стереть измену мужа, такую… жалкую, что ли? Подлую. Низкую… Если бы хоть он по большой любви изменил! Ну, сказал бы – так и так, Наденька, люблю её, не могу, мол никаких моих нет. Не отпускает. Отпусти ты. Да, уже сто раз себе повторяла, сто раз внутри себя эту ситуацию крутила. Влюбился бы – отпустила бы. Пусть! Но так… С чего вдруг он вообще на неё залез? От безысходности? Или мачо себя захотел почувствовать, а больше никто не дал? Усмехаюсь горько, спускаясь к машине. Собрала ему вещи, даже еду какую-то успела приготовить. Котлетки достала из заморозки – вертела, наверное, недели две назад, всегда так делаю, сразу много, и часть в морозилку. Макароны его любимые отварила. Любит он у меня макароны с котлетами. Еще салат овощной сделала с пахучим маслом. Это же всё можно ему? Да, вот такая я мать Тереза. Не смогла бросить изменника на произвол судьбы. Весело будет, если я сейчас зайду, а в его палате Лара сидит! К счастью, никакой Лары нет. Уже хорошо. — Надя…ты пришла… |