Книга Бес в ребро – нож в сердце, страница 23 – Полина Рей

Эмма хмыкнула и философски изрекла:

— Это уже его проблемы. Если нравится кочевая сельская жизнь, кто мы такие, чтобы ему мешать?

В ответ я тихо рассмеялась.

* * *

Наконец-то Тося была довольна всем, а сама Маша – счастлива от того, что вот-вот должен был приехать Тимофей. И хоть квартира отца, которую он снимал для матери своего будущего ребёнка, превратилась в самый настоящий бедлам, совсем скоро они всей весёлой толпой переедут в дом, и всё будет чудесно.

Там и решено было отметить предстоящие праздники. Маша уже представляла себе, как они с Тимофеем станут украшать фасад, как поедут вместе за продуктами к столу. И как она обязательно поразит брата Тоси своими кулинарными талантами.

Сегодня он обещал приехать, а она должна была его встретить на остановке. Тимофей просил о своём прибытии сестре не говорить: хотел сделать сюрприз. И Маша вся извелась, пока ждала его приезда.

— Вот скоро мы с твоим отцом поженимся, и всё будет так, как нужно, – приговаривала Тося, расхаживая посреди сумок и баулов, которые решено было даже не открывать и не раскладывать.

В этом не было смысла – уже завтра они начнут перевозить вещи в дом. А пока проведут время вчетвером, и Маша, думая об этих перспективах, испытывала какое-то невероятное предвкушение.

Её немного смущал тот факт, что мать теперь от неё настолько далека, – и речь вовсе не о физических расстояниях – но она решила пока об этом не думать. Вот разведутся родители, мама обязательно встретит новую любовь и поймёт, что всё сложилось правильно. А то, что ей лучше, конечно, было бы искать себе нового мужчину без младенца на шее, это уже решать только матери. Хочет рожать в её возрасте – пусть рожает.

Ещё отец постоянно говорил, что половина их с мамой квартиры достанется ей, Маше, но сама она как-то воспринимала это без особого восторга. Перспектива владеть той недвижимостью, с которой она ничего, по сути, не сможет сделать, Машу не слишком-то прельщала. А жить с матерью и плачущим, гадящим в подгузники карапузом – то ещё удовольствие. Так что этот бонус был сомнительным призом, однако Тимофей, когда похвалил её за то, что у неё уже вот-вот появятся собственные квадратные метры, довольно ощутимо переменил её мнение на данный счёт.

Впрочем, пока Маша решила оставить эти мысли, потому что была целиком и полностью охвачена предвкушением.

Пообещав Тосе скоро вернуться, она выпорхнула из дома и помчалась к остановке. А когда Тимофей вышел из пригородного автобуса и улыбнулся ей во все тридцать два, сердечко Маши остановилось, а потом забилось быстро-быстро.

Он подошёл к ней, по-медвежьи притянул к себе и небрежно чмокнул в губы.

— Что там малая моя? Всё мается с животом? – спросил совсем не о том, о чём бы хотелось говорить Маше.

— Да вроде нет, – пожала она плечами, – ей уже гораздо лучше. Хотя папа от неё ни на шаг не отходит, в прямом смысле этого слова.

Она хихикнула, а пальцы Тимофея, в которых уютно покоилась её ладонь, сжались сильнее.

До дома дошли молча. Маша вышагивала по улице, и ей в голову лезли какие-то совершенно глупые подростковые мысли. Что все кругом любуются их парой, от чего она даже приосанилась, потому что рядом с нею был такой видный парень.

Когда же поднялись в квартиру, и их встретила Тося, Маша поняла, что приезду брата та совершенно не рада.