Книга Бес в ребро – нож в сердце, страница 21 – Полина Рей

Из плена мыслей относительно того, отдавать ли без боя дорогостоящие подарки, меня вырвал звонок в дверь. Эмму я так рано не ждала, потому сразу в голову закралось предположение, что это Журавлёв, который приехал раньше времени. Но у него ведь был ключ…

Я прошла в прихожую и взглянула в глазок. Темнота. Звонок настойчиво повторился, что меня весьма рассердило, хоть причин для этого не имелось.

А когда я всё же решилась и открыла, причина подспудного недовольства, что рождалось в душе, нашлась сама по себе.

На пороге моего дома стояла и смотрела на меня с улыбкой на круглом лице «Тосенька».

Свет в окошке моего мужа и его родителей.

— Христом богом молю, только не прогоняйте! – взмолилась она, сложив руки в молитвенном жесте. – Я вещи Эдика заберу и с вами хочу поговорить! Я же ни в чём не виновата, Юлия! Он мне врал точно так же, как и вам!

Она уцепилась за край двери, не дав сделать мне то единственное, что просилось в голову в данной ситуации: закрыться и запереться на все замки.

— Юля, прошу… Дайте мне возможность просто забрать вещи и мы исчезнем из вашей жизни! Ой-ой…

Тося схватилась за живот свободной от удерживания двери второй рукой, склонила голову и стала дышать тяжело и надсадно.

— Ой… Что-то мне нехорошо… О-о-о!

Только этого мне и не хватало! Чтобы беременная любовница мужа родила ребёнка на пороге моего дома…

— Я сейчас же звоню Эдику! – проговорила я, метнувшись за телефоном.

Этим воспользовалась Тося. Она зашла в квартиру, прислонилась к стене и глубоко-глубоко задышала, прикрыв глаза. На лбу её сверкали бисеринки пота, и если она и притворялась, то делала это просто виртуозно.

Пока я набирала Журавлёва, Антонина прошла на кухню и буквально рухнула на стул. Сумку, которую она принесла с собой, бросила лежать в прихожей.

Разговор с мужем вышел коротким и явно дал понять, что Эдик ни о чём не знал. Он очень сильно встревожился из-за того, что Тося заявилась ко мне, и пообещал быть через сорок минут.

— Всё, я вызвала Журавлёва. И думаю позвонить в скорую, – сообщила я Антонине, вернувшись на кухню.

Она тут же замотала головой.

— Не нужно скорую, Юлия… У меня сейчас так часто бывает. Это нервное. Я так расстроена происходящим!

Тося чуть ли не разрыдалась, но под моим строгим взглядом лишь скривилась и закусила нижнюю губу.

— Вы мне так сразу понравились, когда нас бог вместе свел! Жаль, что все так получилось, мы могли бы подружиться.

Я взглянула на часы. Скорее бы приехала Эмма и разбавила это ощущение сюрреализма, которое тягучими путами сковало пространство. Антонина на моей кухне… Такое врагу не пожелаешь. А вообще, вроде бы сельской барышне стало полегче, может и на улице своего суженого подождать…

Едва я собиралась это сказать, как Тося снова закрыла глаза и заойкала. Потом вновь стала тяжело дышать, как будто и впрямь рожала прямо здесь и сейчас.

— Я всё же вызову скорую, – процедила я и отошла, чтобы позвонить.

Находиться рядом с Антониной было выше моих сил.

Через полчаса моя квартира превратилась в настоящий бедлам. Эмма и Журавлёв явились почти синхронно, при этом подруга бросилась ко мне, а Эдик – к любимушке. Захлопотал возле неё, словно курица-наседка над цыплёнком, стал подносить то водичку, то нашатырные салфетки.

Слава богу, что он был здесь, а врачи, которых я вызвала, обещались быть с минуты на минуту.