Книга Милашка для психа, страница 98 – Кристина Зорина

Он шагнул вперед, Таня почувствовала, как закрылась дверца шкафчика за ее спиной, как ее к ней прижали, запирая между прохладным деревом и горячим телом.

— Таня, – прошептал Егор, и дыхание его опалило щеки. – Как же крепко ты вцепилась в мое сердце.

Таня хотела ответить ему. Она хотела сказать: «не крепче, чем ты в мое», а потом дать ему поцеловать себя, потому что так терзаться, так сходить с ума – это просто невозможно, она не сможет, у нее не хватит на это сил.

Она выдохнула весь воздух, подалась вперед, к приоткрытым, манящим губам, и...

Они замерли, услышав нетерпеливое тявканье из приоткрытой ванной.

Глаза психа округлились.

— Ох, черт, Джеки! – он схватил упавшее на пол полотенце и бросился в ванную, оставив Таню стоять у шкафа и тяжело дышать.

Таню попросили отработать ночную смену с понедельника на вторник, и она сказала об этом психу в воскресенье вечером.

— Ты не сможешь взять его к себе до вторника? Если нет, то я оставлю ключи, чтобы ты погулял с ним завтра.

— Я возьму, – спокойно сказал он, подзывая к себе Джека движением руки.

С того случая у шкафа прошло два дня, и они оба делали вид, что ничего не произошло.

Когда они созванивались с Полли по видеосвязи, та сказала, что это полный идиотизм. Но так как в этот момент она лежала почти голая в постели рядом со спящим Тимом, она потеряла для Тани право голоса. И она не собиралась ей потакать.

Таня твердо решила продолжать держаться молодцом, считая произошедшее пустяком, маленьким промахом в ее большой игре за независимость от психа.

Вот так-то.

* * *

Во вторник, освободившись после работы, Таня написала Егору и спросила, где она может забрать Джека. Тот сбросил ей адрес и уточнил, не хочет ли Таня, чтобы он сам его привез. Таня была тверда в своем намерении забрать пса лично. На самом же деле ее съедало любопытство. Она хотела узнать, где псих живет, как выглядит кухня, на которой он готовит и прихожая, где он снимает с себя верхнюю одежду. Ей хотелось знать, как пахнет там, где он находится сейчас постоянно, это было какое-то необъяснимое, странное чувство, желание, которое Тане просто необходимо было удовлетворить.

По указанному адресу располагался дом.

Не многоквартирный, а вполне себе частный, с большими воротами, лужайкой и вторым этажом. Таня таращилась перед собой, пытаясь понять, куда она попала. Псих жил с родителями? Он снимал этот дом? Он купил его?

Егор вышел к ней в одной только майке-алкоголичке и джинсах, и Тане стало дурно. Она умоляла себя не смотреть на обтянутый тонкой тканью пресс и выпирающие мускулы, но сделать это было так невероятно трудно. Как перестать дышать.

Вслед за психом на улице появился Костя, и у Тани отвисла челюсть во второй раз.

— Здравствуй, Таня, – с улыбкой сказал он и, не дав ей ответить, сел в машину.

Когда он уехал, Таня смерила психа удивленным взглядом.

— Вы снова друзья?

— Нет. Он приезжал по делу. Мы никогда не сможем быть снова друзьями, он лгал мне.

Таня затихла, рассматривая забор. Вероятно, ей не показалось, в тот день, когда она видела их у дома Кости, они и правда все выяснили между собой.

— Ты злишься, что я не могу простить ложь тебе, а сам не можешь простить ложь ему, – сказала она, не думая, как это прозвучит.

После чего осеклась, но сказанного было не вернуть.