Книга Мое новогоднее (не) счастье, страница 11 – Елена Львова

После насыщенного дня я не могу уснуть. В голове вертятся слова Машки, загадочные незнакомцы, требования вернуться в Москву и необходимость сохранить эту маленькую передышку, которую я так отчаянно искал. Утро приходит раньше, чем я был готов, и теперь, направляясь к гаражу, я чувствую, что меня ждет нечто неожиданное.

Я подхожу к гаражу, Машка уже там, держа в руках какой-то инструмент и переговариваясь с Пашей. Увидев меня, она широко улыбается и бросает фразу, полную игривого подтекста:

— О, профессор, решил-таки не отлынивать? Мы уж думали, что ты умчался решать свои столичные дела.

— Ну, знаете ли, я еще не сдаюсь, — улыбаюсь я, подходя ближе, стараясь скрыть внутреннюю напряженность. — Особенно если дело касается крыши.

Машка и Паша переглядываются, и я не понимаю, от чего они оба внезапно начали смеяться. Машка, качнув головой, сощуривается и произносит:

— Крыша, конечно, важна, но у нас тут тема посерьезнее. Верно, Паш?

Паша только ухмыляется и кивает, словно подтверждая что-то. Я замечаю, как они обмениваются загадочными взглядами, и ощущаю себя лишним в этом разговоре.

— Да, Вадим, тема серьезная, — подтверждает Машка, делая паузу и чуть придвинувшись ко мне. — Ты ведь понимаешь, что в таких вопросах требуется особый подход?

— Э-э, подождите, о чем это вы? — спрашиваю я, запутавшись. — Мы ведь о ремонте крыши, верно?

Машка закатывает глаза и прикусывает губу, чтобы сдержать смех. Паша не выдерживает и начинает громко хохотать, оставив меня в полном замешательстве.

— Ой, Вадик, — выдыхает Машка, улыбаясь. — Ну какой ремонт? Мы тут говорим о чувствах... Ты же понимаешь, что это как минимум не менее важно, чем твоя крыша.

Я замираю, чувствуя, как мои щеки предательски розовеют. Чувства? Мои чувства? Я растерянно смотрю на Машку, которая, казалось, с трудом сдерживает улыбку. Паша в этот момент бьет меня по плечу.

— Да не красней ты так, профессор. Мы тут только пытаемся узнать, как тебе самому тут работается, — добавляет он с хитрым взглядом.

Машка наклоняется ближе ко мне, и ее глаза блестят озорством.

— Ладно, Вадик, не буду тебя мучить, — она усмехается она. — Но ты ведь должен признать, что не все вопросы можно решить, как крышу отремонтировать.

— Ну, если честно, я даже не знаю, как отремонтировать крышу, — пытаюсь я отшутиться, но Машка только качает головой, глядя на меня так, будто видит насквозь.

Мы начинаем работу, и, кажется, все идет нормально. Но внутри меня растет ощущение, что между нами с Машкой осталась неразрешенная загадка. Она бросает на меня взгляды, которые я не могу толком расшифровать, и, несмотря на все шутки и недоразумения, чувствую, что разговор идет о чем-то более важном, чем ремонт.

Мы поднимаемся на крышу и начинается настоящая работа. Машка держит балки, а я пытаюсь закрепить металлические листы. Все идет более-менее гладко, но тут Паша, стоящий ниже, кричит:

— Эй, Машка, ну что там с твоим планом?

— План? — я не могу удержаться и спрашиваю, чувствуя, как внутри шевелится любопытство. — Какой еще план?

Машка бросает на меня быстрый взгляд, и ее лицо вспыхивает. Она на мгновение замирает, а потом, улыбаясь, отвечает:

— Ну... план касаемо личной жизни, Вадим. Ты ведь знаешь, что иногда стоит что-то менять, правда?