Книга Никак иначе, страница 14 – Аня Леонтьева

Иришка и Наташка вообще завсегдатаи таких заведений. Они свободные, не обременённые вторыми половинками девушки, которые находятся в постоянном поиске, и светскую жизнь вели активно. Я же одна из всей нашей компании первая выскочила замуж, и долгое время являлась предметом зависти, для своих подруг, пока мой муж не спустил нашу семейную жизнь в унитаз. Теперь порой моих подруг прорывало на поиски мне «хорошего мужика», так проявлялась их забота, хотя не одна из них не была в отношениях дольше полугода.

Поэтому порой, как сегодня, мы наряжались в пух и прах и выходили на охоту. Мне, честно говоря, после моего приключения, недельной давности, на мужчин даже смотреть было тошно. Единственное радовало то, что работа осталась, а бандитов нет. Всё потекло в размеренном режиме. Вова пил, я работала. И когда вчера Ирка «протрубила» общий сбор, закидала сообщениями в общем чате, я подумала, а почему бы и нет. Впереди намечаются два выходных, и не то, что мне так уж необходима эта охота, просто встретится с подругами поболтать, расслабиться. Было бы здорово решиться и рассказать о своём приключении, но я навряд ли смогу это сделать. Поэтому я согласилась на призыв подруги. И вот мы расфуфыренные все в пух, и прах сидим в шикарном клубе, и расслабленно болтаем.

— А что, танцевать-то будем, вроде как клуб, вон народ веселиться, а мы как старушки, только, и болтаем, — разворчалась Натка.

— Пойдем, конечно, но я такие каблуки, от радости напялила, если упаду, будешь позориться и поднимать меня, — отвечаю я, и встаю с низкого диванчика, и поправляю платье, что поднялось до середины бедёр, ещё немного и резинка чулок покажется. Откидываю за спину, фрактурно выплетенную косу, и протягиваю руку Иришке.

— Может, кто другой, найдётся тебя поднимать, — замечает Иришка, идя следом за мной, покачивая бёдрами.

— Да кто? Здесь одна молодёжь, — фыркаю я.

В клубе и вправду очень много молодых мальчиков и девочек, и мы выгодно, ну, по крайней мере, я так хочу думать, выделяемся среди этой дикой толпы, которая в основном трется у бара и на танцполе. Нет, есть здесь люди и постарше, особенно мужики, которые провожают заинтересованными взглядами что, нас, что малолеток, которые вообще без башни. Если бы я в восемнадцать лет так одевалась и красилась, да ещё и в клуб ходила, не факт что дожила до своих двадцати пяти, потому что вот это край. Шорты, крошечные на пухлый зад одевать, и грудь третьего размера, без лифчика! А плевать, у них есть свои цензоры, я не из их числа.

Мы с девочками зажигаем на танцполе, отплясываем так лихо, что через пару песен, мне хочется скинуть туфли. Ну блин, не комильфо, и я показываю девчонкам, что пошла передохнуть. Поднимаюсь на трясущихся ногах в нашу зону, и замираю.

— Ну, иди уже, — говорит развалившийся на моём месте Кирилл.

Он сидит за нашим столиком, на диванчике, и прекрасно видит, как я спотыкаюсь, увидев его. Как моё лицо вытягивается, и глаза округляются. Он как всегда в свойственной ему манере сидит, развалившись, широко расставив длинные ноги. Как всегда майка, джинсы. Немного не брит, и поэтому образ его ещё жестче обычного. И почему-то у меня ёкает сердце при виде него. В этом приглушённом полутоне света, я ловлю себя на том, что разглядываю его с интересом, и нахожу его косматую внешность привлекательной. И даже холодные глаза, сейчас выгодно отеняются тёмной щетиной, и густыми бровями. Он красив, по-мужски, сурово, но красив. Но, тем не менее, я начинаю отступать, не смотря на его призыв, упрямо пячусь назад, пока не натыкаюсь на твёрдое препятствие.