Книга Раскол, страница 44 – Аня Леонтьева

— Ты либо прощаешь его, либо нет, - продолжила она, порывшись в сумочке и доставая оттуда зеркальце и помаду.

— Ни фига не просто, - огрызнулась я.

Честно говоря, немного даже обидно, что мои проблемы подруге кажутся простыми.

— Просто, - возразила Ира и выглянула из-за зеркала, в котором рассматривала себя.

— Блин, долбаный снег, вся тушь под глазами, - пожаловалась она попутно, и продолжила, - только если ты его прощаешь, принимаешь, то все свои обидки придётся забыть.

— Ага, обнулить, - вспомнила я предложение Кира.

— Во-во, - кивнула Иришка, старательно обрисовывая губы помадой. – Обнулить.

— Ещё бы кто рассказал, как это сделать, - я встала из-за стола, собирая кружки.

— Выбор за тобой подруга, - Иришка поднялась, следом, - но пообещай, что быстро не простишь, - она хитро подмигнула, - помучай его немного.

— Да ну тебя, - отмахнулась я, - что мне ему испытания устраивать. Мы взрослые люди…

— Ну, вот и поступайте, как взрослые, - перебила Ира, натягивая пуховик. - Сядьте, спокойно поговорите и решите, нужны ли вы друг другу.

Я вздохнула, легко сказать, спокойно поговорите. А как отрезать чувства, как отконтролировать их. Ведь есть ещё обида, куча претензий, вина.

Это - то куда девать?

— Ладно, - Ира чмокнула меня в щёку, - жду приглашения на свадьбу. И чтобы не хуже прошлой.

И не дожидаясь моего ответа, выпорхнула в снежную хмарь.

И на протяжении оставшегося дня, я всё крутила в голове слова подруги.

Конечно, если убрать эмоции всё кажется простым и лёгким.

Но для меня Кир, равно буря эмоции. Для меня Кир, это взрыв чувств. Я никогда не смогу быть хладнокровной по отношению к нему. И это автоматически усложняет, но в то же время наполняет наши отношения.

* * *

Снег не прекращается даже к вечеру, и все службы такси были завалены заявками, и у меня ни одного не получается вызвать.

Я с унынием смотрю на улицу, и представляю, как сейчас пойду месить снег, добираясь до остановки общественного транспорта.

Но смотри не смотри, а идти надо, если не планирую заночевать в кофейне.

Я попрощалась с Людой, нашей бариста, вышла в непогоду, и тут же столкнулась с кем-то, точно на стену налетела.

Я взметнула взгляд, и замерла. Передо мной стоял Кир.

Глубокий капюшон был надвинут на его лицо, так, что видны были только нос и губы, но когда он склонился ко мне, я различила блеск его глаз.

— Привет, красивая, - сказал он, расстегнул пуховик, и достал из-за пазухи цветы, протянул мне букет.

На красные и розовые гвоздики, тут же упал снег, придавая им необычный и трогательный вид. Я дотронулась до бутонов, смахнула холодные снежинки.

— Ну же бери, - Кир вложил цветы мне в руки, - они для тебя.

— Спасибо, - пробормотала я, прижимая гвоздики к себе.

Кир и раньше дарил мне цветы. Дорогие доставки, роскошные букеты, но вот так трогательно, посреди зимы и непогоды, впервые.

— Пойдем, провожу тебя, красивая, - Кир аккуратно, но твёрдо взял мою руку, и засунул под свой локоть, повёл вперёд.

— Куда? – растерялась я, неуклюже следуя за ним.

— Домой, - ответил Кир, - если нет других предложений.

Я пропустила этот намёк мимо ушей, вспоминая Иркино пожелание, помучить его.

— Предложений нет, - ответила я, ещё и попыталась руку вытащить, на что Кир сжал её сильнее, безмолвно намекая, что здесь моё самоуправство закончилось.