Книга Вторая жена. Опасный развод, страница 42 – Ася Исай

Рустам подходит к Тиграну, который все еще пытается вырваться. Останавливается перед ним, смотрит сверху вниз. Звука нет, но я вижу, как его губы шевелятся. Говорит что-то. Тигран дергается сильнее, кричит — лицо его краснеет, шея вздувается от напряжения.

Лера что-то нажимает на пульте и тихо включается звук.

— Ну что, Тигран, — голос Рустама доносится из динамика, спокойный, даже насмешливый. — Думал, так просто можно вломиться в чужой дом и похитить мою женщину?

Тигран дергается, и его голос, хриплый от крика, разносится по комнате:

— Это моя жена!

Рустам усмехается.

— Твоя тебя дома ждет. Но нескоро увидит. Потому что камеры записали каждую секунду твоего борзого поведения на моей территории. И ни одна сволочь при должности тебя не отмажет, потому что всем сейчас придет файл с ну очень интересным компроматом.

Тигран замирает. На его лице проступает нечто новое — страх.

— Ты... ты не посмеешь...

— Уже посмел, — спокойно отвечает Рустам. — Файлы уже в пути. К прокурору. К прессе. Везде. Думаешь, твои покровители захотят связываться с террористом, который взорвал чужие ворота и пытался похитить женщину с ребенком? Но это можно было бы спустить на тормозах вот только не твои мутные схемы с...

Тигран обмякает. Охранники держат его, но он больше не сопротивляется. Просто стоит, опустив голову.

Я смотрю на экран, и что-то в груди отпускает. Тяжесть, которая давила все это время, медленно рассасывается. Дыхание выравнивается.

Лера сидит рядом, обнимая Камиля, и смотрит на меня.

— Все закончилось? — тихо спрашивает она.

Я смотрю на экран, где Тиграна уже уводят, сажают в машину. Рустам стоит, скрестив руки на груди, и смотрит ему вслед.

— Да, — шепчу я. — Кажется, закончилось.

И впервые за долгое время я верю в эти слова.

Просыпаюсь оттого, что солнце бьет прямо в лицо. Открываю глаза и секунду не понимаю, где я. Потолок незнакомый. Не белый, а кремовый, с тонкой трещиной, идущей от угла к центру. Окно без тяжелых штор, только легкая полупрозрачная занавеска, которая колышется от сквозняка. За окном шумит листва — не городской гул машин, не крики торговцев, а именно шорох деревьев, мягкий и убаюкивающий.

Я в другом городе. В другой стране. В другой жизни.

Это осознание приходит не сразу, а волной — медленной, теплой, почти нереальной. Я свободна. Мы свободны.

Поворачиваю голову и вижу Рустама. Он спит на боку, лицо расслабленное, дыхание ровное. Рука его лежит поверх одеяла, пальцы слегка согнуты, словно он что-то держал и отпустил во сне. Я смотрю на него и чувствую, как внутри распускается что-то легкое, невесомое. Благодарность, нежность, облегчение. Он рядом. Он здесь. И это не сон.

Осторожно поднимаюсь с кровати, стараясь не разбудить его. Ноги касаются прохладного деревянного пола, и я невольно ежусь. Приятный холодок пробегает по ступням. Встаю, накидываю на плечи легкий халат и выхожу из спальни.

Квартира маленькая — две комнаты, крохотная кухня, совмещенный санузел. Окна выходят во двор, где растут старые липы, и по утрам сюда проникает столько света, что кажется, будто стены светятся изнутри. Здесь пахнет деревом, чистотой и свежестью, которую невозможно описать словами. Словно воздух здесь другой, не такой, как в том городе, где я прожила столько лет в страхе.