Книга Вторая жена. Опасный развод, страница 15 – Ася Исай

Звонит телефон. Алёна, однокурсница.

— Вика! Сто лет тебя не видела! Как дела?

— Привет. Нормально. Я... Столько новостей, но...

— Слушай, мы в субботу собираемся у Ленки. Придёшь? Посидим, поболтаем, все расскажешь, как раньше.

— Я...

Смотрю на охранника. Он делает вид, что любуется утками, но я знаю — слушает каждое слово.

— Не смогу. Плохо себя чувствую.

— Да ладно! Мы же тихонько посидим. Никакого алкоголя, обещаю.

— Правда не могу, Алён. Извини.

— Вика, это уже третий раз, когда ты отказываешься. Что происходит? Мы же подруги.

Были. Были подругами. В прошлой жизни. Когда я была Викторией Ждановой, а не женой Тиграна Ахмедова.

— Всё в порядке. Просто... сложный период. Потом обязательно увидимся.

— Окей. Выздоравливай. И звони, если что.

Кладу трубку. В горле комок. Когда я в последний раз видела подруг? Три месяца назад? Четыре? Тигран всегда находит причину не отпустить. То поздно, то далеко, то "приличная жена не шляется по подружкам".

На шестом месяце узнаём пол ребёнка. Мальчик. Тигран ликует.

— Я знал! Чувствовал! Мой сын!

Устраивает праздник. Приглашает всю родню. Дом наполняется людьми, подарками, поздравлениями. Свекровь смотрит на меня почти одобрительно.

— Молодец. Оправдала доверие. Теперь главное — доносить и родить здорового.

Как будто я не человек, а инкубатор. Функция. Но я молчу. Улыбаюсь.

Ночью лежу без сна. Малыш пинается, кувыркается в животе. Прикладываю ладонь — и он затихает. Уже реагирует на прикосновения.

— Привет, солнышко, — шепчу. — Я твоя мама. Я люблю тебя. Так сильно люблю.

Тигран спит рядом. Во сне его лицо расслабленное, почти мальчишеское. Иногда мне кажется, что проблема во мне. Что я слишком много хочу. Слишком современная, слишком самостоятельная для жены кавказца.

Может, стоит принять правила игры? Смириться? Стать той, какой он хочет меня видеть?

Ради ребёнка. Ради семьи. Ради... чего?

Счастья?

Но разве можно быть счастливой в клетке, даже если она золотая?

Роды начались на неделю раньше срока. Помню только обрывками. Боль. Крики. Белый потолок родильной палаты. Голос врача: "Тужься! Ещё! Вот так!"

А потом — крик. Тонкий, требовательный, живой.

— Мальчик! Здоровый мальчик!

Кладут на грудь скользкий тёплый комочек. Он такой маленький, такой беззащитный. Открывает глаза тёмные, как у отца. Смотрит на меня серьёзно, будто изучает.

— Привет, Камиль, — шепчу. Мы с Тиграном заранее выбрали имя. — Я твоя мама.

Тигран врывается в палату через час. В руках — охапка алых роз. На лице — счастливая улыбка.

— Где мой богатырь? Покажите мне моего сына!

Берёт Камиля на руки. Неумело, но бережно. Малыш морщится, но не плачет.

— Смотри, Вика! Вылитый я! Нос, подбородок — всё моё!

— А глаза мамины будут, — шепчу. — Когда посветлеют.

— Нет. Он весь в меня. Мой сын. Мой наследник.

Целует меня в лоб. Нежно, благодарно.

— Спасибо, любимая. Ты подарила мне самое ценное.

И я таю. Глупая, наивная. Думаю — вот оно. Переломный момент. Теперь всё будет по-другому. Ребёнок нас сблизит, сделает настоящей семьёй.

Первые месяцы и правда были другими. Тигран помогал, вставал по ночам, носил Камиля на руках, когда тот плакал. Скупал все что только можно.

— Только лучшее для моего сына!

Свекровь приезжала каждый день. Учила пеленать, купать, кормить.