Книга Малышки-дочки для потеряшки-папы, страница 18 – Диана Фад

— Ты еще им серьги с бриллиантами подари, — ворчит папа, усаживаясь в кресло.

— А что… — задумчиво смотрит на внучек мама. — Ушки надо проколоть.

— Давайте с этим вопросом потом решим, — встаю на защиту дочек. — И вообще, Алена решать будет, что и как. А вы поезжайте домой, вас там водитель заждался.

— Да куда мы поедем? — удивляется мама. — Миша, позаботься о гостинице для нас и водителя.

— Тут нет гостиниц, я узнавал, — отвечает папа.

— Как это⁈ Пусть хотя бы четыре звезды тогда!

При кафе у дороги мотель для дальнобойщиков, и всё.

— Но мы не можем там ночевать⁈ А здесь не так много места…

Оглядывает небольшую гостиную, трогает диван.

— Хотя…

— Мама, нет! — ругаюсь я. — Уезжайте домой, как раз к ночи доберетесь. Мы сами тут как-нибудь.

— А завтра опять ехать? Может, я хочу внучкам на ночь сказку почитать. Давно мечтала.

— Ничего, потом почитаешь, а сейчас давайте домой, — поднимаюсь с пола, пытаясь выпроводить родителей.

— Но завтра утром мы приедем! — угрожает мне мама, пока я тесню их к двери.

— Обязательно, — соглашаюсь я.

— И еду привезем, девочкам нужно правильно и хорошо питаться. Попрошу нашу кухарку приготовить что-нибудь полезное и вкусное.

— Да, мама!

— Бабулечка! Дедулечка! Вы куда⁈ — кидаются на шею родителям девочки, а у мамы на глазах слезы.

— Ну как тут уехать, Миша? Сердце разрывается!

— Это конец, — шепотом произносит папа, закатывая к потолку глаза.

— Нет, это начало, Миша! Мы остаемся! А водителя отправляй домой, завтра нам завтрак привезет.

— О боже, — тихо завываю я, пока дочки скачут от счастья вокруг бабули, а папа, крякнув от досады, ушел к машине. — Знала бы Алена…

— А вот и знала! — сердится мама. — Сама виновата, что лишила нас внучек!

Вечер проходит в теплой дружеской обстановке. Я и папа сидим в кресле, разглядывая завалы подарков, а мама с внучками собирают кукольные домики, которых тоже две штуки, причем совершенно одинаковых.

— Федя, ну помоги, у нас тут кроватка не собирается, — ворчит на меня мама, и мне приходится им помогать.

Спать ложимся все довольно поздно. Пока отнесли все игрушки наверх к девочкам в комнату, разложили новые вещи и повесили в шкаф на плечики. Причем мама купила специальные детские, для двух бальных платьев с пышными юбками, что мерцали в темноте блестками.

— Ну какая прелесть, — умилялась она. — Не то, что ты. В садик одни шорты и футболки, и на Новый год зайчик, скучно. А здесь у нас внучки принцессами будут. Ты знал, что у них послезавтра новогодний утренник⁈ Ну конечно, ты же отец, что ты можешь знать. Эх, Федор! Отец из тебя никакой.

Просыпаюсь и вначале не могу понять, что не так. Лежу в кровати под одеялом с двух сторон, будто еще кем-то придавленный. Заглядываю под одеяло и довольный улыбаюсь. Дочки, видимо, пришли ночью и забрались ко мне на кровать. А она явно не двуспальная, даже для полуторки узковата. Но мы уместились, и теперь я лежу, слушая, как дочки сопят в мои подмышки, чему-то улыбаясь во сне. Хорошо ли быть отцом? Я еще не решил. Но сейчас почему-то чувствую себя очень счастливым и важным. Важным человеком в их жизни. В жизни моих дочерей.

После завтрака решаем поехать к Алене. Я ей утром звонил, спрашивал про самочувствие, но поговорить толком не удалось. Все ее вопросы в основном про детей, очень волнуется. Про то, что у нее дома практически поселились мои родители, не сказал ни слова. Неизвестно, как воспримет эту новость, но одно не учел, девчонки тут же все рассказали. Как только мы вошли в больничную палату.