Книга Развод. Начальница моего мужа, страница 25 – Ирина Манаева

— Идите, я сейчас, — еле сдерживаю раздражение, и свекровь утаскивает сына. Если бы он не захотел, ей бы это не удалось. Раздумываю, не сбежать ли мне, подобно Золушке. Просто сесть в машину и испариться. Но поехать не домой. Позвонить подругам, любая спрячет без вопросов. Иногда и они хотели побыть без мужей, а я не понимала, что это за семья такая. Теперь дошло.

Но когда намерена подняться, Карпов снова на крыльце.

— Чей он, Настя?

— Кто?

— Ребёнок. Ты реально собралась рожать в сорок четыре?

— Мне сорок один, — меня всегда раздражало, что муж прибавлял мне пару лет. Вот и теперь.

— Тут вообще неважно, ты стара для таких экспериментов.

— Что? — ахаю, смотря на него, как на сумасшедшего. — Ты сейчас обозвал меня старой, Карпов?

— Я, конечно, понимаю, что женщинам хочется продлить молодость, но организм уже не тот.

— Господи, что мы сейчас обсуждаем? — хватаюсь за голову. Какой же он мерзкий.

— Что-то случилось? — подаёт голос свекровь. Она не любит вмешиваться в чужие разборки. Не из тех, кто так делает. Но в редкие моменты пытается нас помирить.

— Мам, дай мы с женой поговорим, — нервно отвечает Карпов. Мог бы и подождать, а не устраивать сцены при больном человеке. Да и сцена высосана из пальца.

— Не кричи на мать, — спокойно говорю.

— Да вы только из-за меня не ссорьтесь, — начинает сразу переживать свекровь. — Витя, Настя такая добрая и хорошая. Тебе на такую жену молиться надо.

И тут я разражаюсь хохотом. Потому что просто сдают нервы.

Виктор

Смотрю, как истерично хохочет жена. Можно даже сказать от души, если не брать в расчёт то, что сказала мать про молитву. Сейчас меня высмеивают в лицо прилюдно, и не могу не ответить.

— Хватит, — рычу, но она не прекращает, будто её это веселит ещё больше.

— Я сказал довольно, — хватаю её за плечо, приводя болью в разум, и она меняется в лице, не отводя от меня взгляда.

— Думаешь, силой можно заставить человека замолчать? — какого-то чёрта спрашивает, смотря на меня пронзительным взглядом, отчего становится не по себе и тут же отступаю.

— Думаю, ты пугаешь мать, — не нахожу, что ответить.

— Или тебя, МУЖ? — какого-то чёрта делает упор на слово.

Но я никогда не признаюсь. И уже в третий раз за последние пять часов хочется сбежать от своей женщины.

Самолёт приземлился мягко, почти бесшумно. Как я люблю: без резких движений, без драм. Только вот с людьми такой номер не проходит.

— Могу тебя подбросить, — Элеонора в который раз предлагает, касаясь моей руки, глядя из-под длинных ресниц. В её голосе разливается мед, в глазах — контроль. Он был бы тотальным, будь я мужем. Она не спрашивает. Она уточняет.

— Нет, не стоит, — говорю сразу. Не хватало ещё, чтобы она узнала про Карину. Мне не совсем домой, я соскучился по своей девочке. Только говорю начальнице другое. — Настя начнёт подозревать. Лучше уж на такси, как обычно. Сам.

Вот в такие моменты рад, что у меня есть жена, которой можно прикрыться.

— Ясно, — говорит Элеонора, кривя рот, а потом усмехается. — Так и не подарила тебе счастья Настья, — переиначивает песню Трофимова, — раз ты по чужим койкам скачешь?

— Разве можно было устоять от твоего взгляда, Эля? — нарочно целую руку, отрабатывая последние минуты. Она даже не представляет, как надоела мне. И я бесконечно рад, что вернусь домой есть борщи и пюре с котлетами, только бы не видеть её так часто.