Книга Синие цветы I: Анна, страница 238 – Литтмегалина

Их взгляды встретились – ленивый, насмешливый, блестящий взгляд Науэля; холодный, строгий Дитрека, – и между ними мелькнула искра понимания.

— Я мог бы просто тебя вышвырнуть, – сказал Дитрек, но как-то неуверенно.

— Наверное, – Науэль водрузил длинные ноги в грязных розовых кедах на журнальный столик, демонстрируя ярко-зеленые подошвы. – Нет, спасибо, кофе не надо.

— Что тебе нужно от меня? – придушенно спросил Дитрек.

— Не успел придумать. Все получилось так спонтанно – в наплыве чувств, так сказать. Но у тебя есть маленький шанс, что однажды моя тоска по тебе будет утолена.

Дитрек скрестил руки на груди. Его беспокойство было почти ощутимым.

— Я должен позвонить.

— Вперед, – разрешил Науэль.

— Убери ноги с моего журнального столика, – рявкнул Дитрек, не выдержав.

Науэль не шелохнулся. Дитрек потянулся к столу, сгреб телефон и сел в кресло напротив. Мне было неуютно и неприятно (хотя, конечно, не в такой степени, как Дитреку), и я с тоской отвела взгляд к оконному стеклу, по которому медленными змейками ползли капли дождя. В то же время мне было любопытно, как будет развиваться ситуация дальше. Что произошло между Науэлем и этим человеком? Почему Науэль так его ненавидит?

— Здравствуй, – холодно произнес Дитрек в телефонную трубку. – Планы изменились. Насчет встречи созвонимся позже, – он положил трубку.

— Строго ты с сотрудниками, – протянул Науэль. – Нет бы сказать: «Прости, сладенький, на сегодня обломалось».

Дитрек не ответил, только метнул в него свирепый взгляд.

— И к себе строг. Деловые встречи в выходной день. Какой работяга, охренеть просто.

— В любой день, когда я считаю нужным, – отрезал Дитрек. – Я не бездельник вроде тебя, и мое расписание загружено до предела.

— Посмотри на него, – повернулся ко мне Науэль. Ухмылочка, расплывшаяся на его губах, придавала ему сходство с подростком. – Твердеет, как член.

Дитрек и вправду ожил и приготовился к бою. Неужели короткий телефонный разговор способен оказать такое чудодейственное воздействие? Откинувшись на спинку кресла, Дитрек забарабанил пальцами по подлокотнику.

— Ну что ж, если ты хочешь поговорить, поговорим. Обсудим, как мы провели чудесные годы вдали друг от друга. Сразу отмечу, как рад, что ты внезапно не одет как ушедшая в отрыв потаскуха. У меня все прекрасно, замечательно. Своя строительная компания, развиваемся и не бедствуем. Ты знаешь, я всегда умел позаботиться о себе. Ты тоже далеко пошел. Хотя кто бы сомневался – ты всегда отличался особыми талантами. Скандалы на телевидении, развратные фотографии, эти паршивые фильмы, один за другим, в которых ты светишь задницей. Иногда мне действительно кажется, что ты повсюду, Науэль. Что я должен запереться в туалете и не выходить оттуда неделю, если хочу отдохнуть от тебя.

— Совсем недавно один еженедельник присудил мне титул самой задолбавшей всех знаменитости, – похвастался Науэль. Мне он не говорил об этом.

— Странно, что только один.

— Действительно, большое упущение с их стороны. Ведь я же повсюду, как солнечный свет.

— Уверен, ты едва не лопнул от гордости.

— Ну что ты. Я не могу позволить себе риск угодить общественности, погибнув и оставив ее в покое. Но я был счастлив, да. Видишь ли, я считаю это своим предназначением – выводить людей из себя, да так, чтобы они не сумели вспомнить путь обратно.