Книга Между "да" и "может быть". Искушение на девичнике, страница 71 – Екатерина Крутова

С Дмитрием никогда бы не получилось заключить сделку на семь дней. С такими только падают в омут, отдаваясь на волю чувств и не особо задумываясь о последствиях. Для Алены это было дико и в новинку. Она стояла на распутье. Одна дорога вела назад — в золотую клетку с Артемом, к миру, где все решают деньги, связи и показушные жесты. Другая — в неизвестность, к байкеру с разбитыми костяшками пальцев и его «Станции», в мир чести, грубоватой нежности и непредсказуемых последствий.

И впервые за долгие годы безупречно логичный, юридический мозг не мог вычислить, какой путь верный. А глупое женское сердце, которое Орлова никогда не брала в расчет, выбирало свое направление — иррациональное и будоражащее до мурашек.

Представительский седан Спартака Татляна выглядел на территории «Станции» как космический корабль, приземлившийся на скотный двор. Пыль, разлитое масло, полуразобранные мотоциклы — все это контрастировало с лакированным блеском черного авто лимитированной серии, доступной простым смертным только в виде картинок на пинтересте.

Дмитрий встретил гостя один. Фаркас нарочно напялил старые, изрядно потертые кожаные штаны и прожженную в некоторых местах сваркой застиранную футболку с эмблемой клуба. Излучаемая Татляном сила провоцировала принять вызов и бросить ответный. Наверно, именно так на природном уровне молодой самец ощущает потребность состязания с вожаком.

Гостеприимство — не более чем маска, когда речь идет о встрече с вынужденным союзником, в чьей власти раздавить тебя как букашку. Потому Фаркас не скалился и не лебезил, ожидая, пока из припаркованного авто не выйдет коренастая фигура Татляна и, неторопливо оглядевшись, не сделает пары шагов в его сторону.

Пока это была их земля, еще независимый оплот свободы и братства.

Пусть Татлян видит все как есть, — думал Дмитрий, не спеша навстречу бизнесмену.

Спартак тоже не бежал с приветственными объятьями. Взгляд, привыкший оценивать стоимость, скользил по ржавым контейнерам, замызганному асфальту, засаленным комбинезонам механиков, старающихся делать вид, что они не пялятся на визитера и заняты очень важным делом.

— Ну и залупа, — констатировал без обиняков вместо приветствия. — И ты за это бьешься? Здесь проще все сровнять с землей, чем обратить в цивилизацию.

— Для выбравших простой путь награды не заготовлены, — парировал Дмитрий. — Я бьюсь не за землю, а за то и тех, кто на ней.

В этот момент из-под «Запора» выкатился растрепанный, чумазый, как измазанный дегтем черт Серега.

— Димас, а где у нас… — он замолк, увидев Татляна, и присвистнул.

— Опа! Здравия желаю, товарищ большой начальник! Колесо поблизости прокололи или навигатор сбился и завел в наше скромное заведение?

Фаркас не успел заткнуть приятеля, но Татлян, к удивлению Дмитрия, хмыкнул вполне дружелюбно, разглядываю Серегу с интересом, оценивающим не наглость, но бойцовские качества.

— Навигатор в порядке, — усмехнулся Спартак. — А вот на кой ляд ты эту приблуду к ржавому тазу приделываешь — непонятно.

Бизнесмен кивнул на поршень от двигателя, который механик, видимо, искал.

— А, это? — Серега поднял деталь, любовно протерев ветошью. — От «Волги» ГАЗ-24, семьдесят шестой год. Раритет. Переделываем «Жопик»*(одно из слэнговых названий «Запорожца») в гоночный болид. Есть тут чувачок один — любитель эпатажных выходок, помешанный на скорости. Хочет всех на трассе порвать, выехав на ушастом «запоре».