Книга Это спецназ, детка, страница 43 – Юлианна Орлова

Уф. От греха подальше ухожу в ванную сушиться, и только сердцебиение в горле мешает делать это как обычно. Глаза сверкают, и в отражении зеркала я вижу незнакомку с ярчайшим румянцем.

МЕКС

Черт, она настолько охуенная, что я вообще забываю: обещал же быть хорошим мальчиком, а пока выходит пиздюком. Ну и ладно. Шиплю себе под нос, прокручивая шурупы.

Это че за биба устанавливал шкафчик, а? Какой-то косорукий и кривоногий, а еще и слепой явно.

Маша приходит спустя минут десять, когда я успеваю все прокрутить, включая собственный мозг. И уже перехожу к ножам, доставая точилку. Но эти ножи проще выкинуть, как ими вообще можно было что-то резать?

Маша, ну что за гребанный стыд?

Не оборачиваюсь, но реагирую на ее появление. Очень реагирую, как иначе? Руки чешутся все бросить и пойти ее трогать

— Пупсик, я тебе кричу: это ужас. Я бы сошел с ума с такими ножами и выкинул их через окно.

— Мне нормально, — хмыкает она, расставляя чашки. Потом подходит к стойке и щелкает кнопку электрического чайника. Меня косит.

— Ну так-то да, теперь у тебя есть я. Я и жарить, и точить, и спиливать умею, а еще вяжу узлы как нех делать, дак и стреляю метко, в общем, не промахиваюсь, — поворачиваюсь и тяну лыбу чеширского кота, на что Маша выразительно приподнимает бровь.

— Допустим, стрелять понятно, но тут все остальное?

— Раздевайся, покажу все, — окидываю жадным взглядом манящую фигурку

И она потуже заворачивается в халат, пряча взгляд, покрываясь румянцем таким, что у меня сразу плюс одно очко в копилку «довел девочку н-ное количество раз».

— Ты как всегда.

— Чего? Малыш, запомни, идеальное комбо в отношениях — это скучные и припизднутые. Я ни на что не намекаю, но я точно припизднутый, ты сама видишь, а ты у нас спокойная, не скучная. Не надумывай там больше положенного, просто я буду отжигать, а ты тушить! — виляю бедрами, а Маша взрывается хохотом.

Да есть же! Есть же! Запросто заставляю ее улыбаться, а еще проще смеяться, потому что я красавчик по всем фронтам. Нож все точу, если что, а на нее с нескрываемым восторгом смотрю.

И на то, как смеется, хватаясь за живот, и как полы халата разъезжаются, а под ним шортики короткие. Мечта.

Облизнувшись, промахиваюсь и по пальцу себе концом заезжаю. Да твою ж мать!

Кровь моментально выступает на руке, откладываю нож и врубаю холодную воду, а пупсик замечает капли крови и мое абсолютно спокойное лицо и чуть ли не подпрыгивает ко мне одновременно открывая ящик и выуживая аптечку. —Максим! — глаза выпучила и часто-часто дышит, роясь в аптечке, а там царапина же по факту. Херня вопрос вообще. Бля, может прикинуться, что очень больно?

Пусть подует на палец. Ну который на руке да? Прикинуться леБлядем?

Нет, ну я же не баба. Че мне? Даже не больно вообще, херня, я бы и не заметил, да кровяка полилась. У меня она просто пульсирует, а рядом с Машей рвётся наружу.

Давление скачет, чай, не мальчик.

— Капец, сколько крови, давай бинтовать.

Толкает меня в бок и перехватывает руку в попытке зажать рану ватой. Порез детский.

— Маш.

— Господи, сейчас ты что! Ты посмотри, какой глубокий, — потрясенно восклицает, закатывая рукава свитера. Ля. Мой взгляд уплывает в декольте, и под маечку. Красивый такой вырез, просто тронуться мозгами можно. Точно трогаюсь.