Книга Дорогая первая жена, страница 2 – Даша Черничная

Они ждут, что я начну возмущаться?

А может, этого и добиваются, пытаясь вывести меня из себя? Ведь знают же, что я не понимаю ничего.

К моему счастью, это длится недолго, потому что в комнату заходит мужчина с камерой, чтобы снять меня.

— Давайте станем вот здесь. Руки сложите так. И глаза опустите.

Меня крутят и вертят. Снова я как марионетка.

— Вы просто невероятно смотритесь в кадре, — говорит фотограф.

— Хороша у нас невеста, — выдает кто-то из этой змеиной толпы, и я резко оборачиваюсь, смотрю на женщину, которая говорила только что.

— Хороша-то хороша, — принимается ядовито хохотать другая, — только вот наш мальчик красивее.

Я чувствую, как изнутри поднимается неконтролируемая волна ядовитой злости. Я готова вынести этот брак и незнакомого мужчину, которого должна называть мужем, но это — нет.

Выпрямляю спину и стягиваю с головы шапочку с фатой, со стуком опускаю ее на стеклянный столик.

— Вот и обхаживайте своего мальчика сами.

Круто разворачиваюсь и иду к приоткрытой двери, понимая, что собственными руками только что совершила армагеддон.

Едва за мной с грохотом закрывается дверь, как я влетаю в мужские руки, которые крепко сжимают мои предплечья.

Медленно поднимаю взгляд на молодого мужчину в костюме. Верхние пара пуговиц расстегнуты, как и пуговица на пиджаке. Взгляд темный, но насмешливый. Твердый подбородок, острые скулы. По шее куда-то вниз уходит татуировка, которую я не могу разобрать.

Весь его вид какой-то чересчур высокомерный, слишком дерзкий.

Мне кажется, этот мужчина из тех самых, которые ни во что не ставят женщину, вместо этого вознося на первое место лишь собственные потребности.

Интересно, это друг жениха?

— Вот ты какая, невеста, — хмыкает.

Не друг…

И это мой будущих муж? Мужчина, у которого на лице написано, какой он наглый и заносчивый козел?

— И да, Надия, обхаживать меня все-таки придется тебе, — его улыбка исчезает, голос твердеет, отдавая команду: — А теперь возвращайся в комнату и надень фату.

Надия

Я жена.

И никаких радостных чувств при этом я не испытываю.

Мулла провел над нами обряд никах. Мне вручили браслет в качестве махра.

Это слишком пафосное, кричащее украшение, которое вызывает у меня единственное желание — узнать его стоимость, продать и помочь брату с операцией.

Авария усадила Назара в инвалидное кресло, и теперь мы зависим от Тамерлана еще больше, чем в то время, когда мне было пятнадцать и мы находились под его опекой.

Брату необходима операция. Нужно лететь в Израиль. Здесь не взялись. А Израиль это дорого. У меня столько нет. Тамерлан обещал помочь, но… так и не помог. За два года только лишь обещания. Теперь же он сказал, что Назару окажет поддержку семья моего мужа.

— Пару дней ты пробудешь тут. У Идара есть дом рядом с родительским.

За окном автомобиля мелькают острые пики гор, голос дяди обволакивает пеленой — я будто воспринимаю его иначе, отдаваясь влиянию этих мест.

— Затем вы вернетесь в город, и тогда ты сможешь обсудить с Идаром свою просьбу.

Я резко поворачиваюсь к дяде.

— Только не говори, что ты не договорился на этот счет с семьей Юнусовых.

— Я как-то обмолвился…

— Обмолвился?! — выкрикиваю. Водитель бросает на меня встревоженный взгляд. — Ты должен был заручиться их полной поддержкой в этом вопросе!