Книга Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю?, страница 30 – Аелла Мэл

Прости за слабость. Я просто… очень устала.

Твоя навсегда, Айка'.

Я рухнул на пол, как подкошенный. Снова и снова перечитывал строки, написанные рукой сестры. Она прошла через такую адскую боль… а меня не было рядом. Я чувствовал, что ей плохо, но не удосужился приехать вовремя. Бросил её на произвол судьбы. Позволил этому нелюдю сломать её.

И в тот миг моё горе превратилось во всепоглощающую, слепую ярость. Я поклялся над её письмом, что найду этого подонка. И сделаю с ним то, что он заслужил. Око за око. Боль за боль. Жизнь за жизнь.

Я стал тем, кем стал, ради одной цели — мести.

* * *

Я сидел на полу в её комнате, сжимая в руках этот листок. Каждое слово прожигало меня изнутри. Я представлял её — мою весёлую, жизнерадостную Айку — на коленях перед этим тварём. Представлял её страх за Залинку. Её одиночество.

И тогда во мне что-то переломилось. Горе не исчезло — оно превратилось в нечто иное. В холодную, стальную решимость. Я медленно поднялся с пола, аккуратно сложил письмо и спрятал его во внутренний карман, прямо у сердца.

«Я найду его, Айка, — прошептал я в тишине комнаты. — И он заплатит за всё. За каждую твою слезу. За каждый твой вздох. Клянусь».

В тот день умер не только мой брат. В тот день родился другой человек — тот, кто будет преследовать свою цель с безжалостностью хищника. Тот, для кого месть станет смыслом существования.

И теперь, глядя на эту девочку с глазами моей сестры, я понимал — прошлое не просто вернулось. Оно поставило передо мной выбор, страшнее которого ничего не могло быть.

Читая в десятый раз письмо, я чувствовал, как во мне поднимается волна гнева и ненависти к этому подонку, посмевшему так поступить с моей сестрой. В письме была фотография парня, его адрес и имя. Не раздумывая ни секунды, я бросился искать подлеца. Не было никакого плана — действовал лишь на эмоциях. Хотел своими руками задушить этого мерзавца.

Подъехал к дому и понял, что он из богатой семьи. Но мне было плевать на это. Ворвался в дом.

— Беслан! Выходи, подонок! — орал я на весь дом. Ярость застилала глаза. Боль от потери сестры разрывала душу на части. А виновник всего этого спокойно жил здесь.

— Кто такой? — вышел взрослый мужчина, за ним следом шла женщина. Оба смотрели с недоумением на меня.

— Где Беслан? — прорычал я.

— Зачем тебе мой сын?

— Ваш сын? Отлично. Где ваш подонок-сын? В какую дыру спрятался этот мерзавец?

— И что ты орешь? — зевая и потягиваясь, спускался с лестницы парень моего возраста. Внешностью был хорош. Такой, как любят девчонки.

— Подонок! — схватил его за воротник и начал бить. — Мерзавец! Убил мою сестру и живешь себе припеваючи? Как ты только посмел принудить ее? Как только язык повернулся сказать ей, чтобы сдохла?

— Отпусти его, отпусти! — кричали его родители, пытаясь отцепить меня.

Но я без раздумий бил мерзавца, пока меня не схватили с двух сторон и не оттащили от него. Появился еще один мужчина возраста его отца, и они оба держали меня.

— Кто такой и как посмел тронуть моего племянника? — дал мне пощечину второй мужчина.

— Ваш племянник — низкий подонок, из-за которого умерла моя сестра! — проорал я ему в лицо и оттолкнул от себя. — Я не успокоюсь, пока он не ответит за все!

— Только попробуй тронуть моего сына! — воскликнула со злостью женщина, бережно прикрывая своего сыночка-мерзавца. — Брат, я хочу видеть, как этот мальчишка будет страдать за то, что посмел поднять руку на моего сына!