Книга Яблочный мужчина гор, страница 67 – Евгения Оул

— Лия, — Вуд провел нежно кончиками пальцев по моей щеке и заставил посмотреть ему в глаза. — Ты не обязана принимать какое-либо решение сейчас, — его низкий хриплый голос успокаивал. — И я просто хочу, чтобы ты доверилась мне.

Доверилась в чём? Что он не променяет меня на сына? Или что всё же не сойдется со своей бывшей невестой?

Второе было маловероятно, он ведь не дурак, сам сказал.

— Умоляю, просто не сбегай от меня, — в его голосе и глазах было столько боли и страха, что у меня защемило сердце. Я и правда ужасная эгоистка.

— Я не хочу тебя ни с кем делить, — выдохнула наконец-то я, закрыв глаза. Это было признание моего далеко не самого ангельского характера. И было страшно снова посмотреть в глаза по настоящему доброго человека, ведь боялась увидеть там не любовь, а разочарование и презрение.

Я помнила, как мне было больно, когда подруга, с которой отлично ладили пару лет, решила выкинуть нашу дружбу в мусорное ведро лишь из-за того, что я призналась в том, что не сильно люблю проводить время с детьми, потому что для меня это морально сложно. Я не ненавидела карапузов, но что тогда, что сейчас — обзаводиться собственным не хотела, ведь осознавала, что это огромная ответственность. А я ответственность всегда старалась избегать любыми способами.

— Я люблю тебя, — снова повторил Бен, мягко целуя в губы. — И тебе не стоит бояться своего эгоизма.

Я всё же подняла веки с опаской и увидела его улыбку. Мягкую и понимающую.

— Всё приходит со временем. И если между нами будет что-то, что может помешать нам и дальше быть вместе — я выберу тебя, сладкая.

Невольно выпятила нижнюю губу и заморгала, прогоняя непрошенные слёзы. Ну как его можно не любить и не ценить?

— Не переживай за ребёнка, у меня вдруг не проснулось отцовское чувство, что он мой, — продолжил меня успокаивать как словами, так и поглаживанием спины. — Да и я сам боюсь пока становиться отцом — слишком большая ответственность, я к ней не готов, — неловко отвёл взгляд и потер шею. Хотя мне казалось, что он готов, ведь заботился о младшем брате и уже немного знал что к чему.

— Я тебя люблю, — хрипло буркнула и обняла его, прижимаясь к нему и уткнувшись носом в мощную шею. Я буду дурой и возненавижу себя, если упущу его и не буду бороться за него. Бен рвано выдохнул и сжал покрепче в своих руках.

Кажется, эмоций у него было куда больше, чем он показывал, потому что обнял он меня крепче, чем за всё время до сегодня. Мне показалось, что у меня кости даже затрещали, но боли не ощутила, только облегчение, что мы действительно подходили друг другу.

* * *

Выходя из продуктового магазина и толкая тележку, набитую продуктами, к своей машине, мысленно напевала веселую песенку, услышанную по радио, ощущала себя… счастливой. Рядом с Беном, который ночевал только у меня уже неделю, спалось очень хорошо и спокойно. И это я о кошмарах.

О том, что он возбуждал меня раз за разом похлеще эротических романов — даже и заикаться было стыдно. А Лукасу страшно — подзатыльники от старшего его в любом случае всегда рано или поздно настигали. Но это солнышко ехидные улыбки мне кидало и гаденько ещё так хихикал, наблюдая за тем, как я краснею каждый раз, когда Бен целовал меня при остальных.

— Тебе стоило бы поступить по-совести, — выпрыгнула на меня Трисс, от чего я аж дёрнулась и невольно оглядела всю парковку. Свободных мест была тьма. Но она оказалась на машине (и где только взяла) и припарковалась именно рядом со мной. То, что она дожидалась именно меня — было слишком явно.