Книга Яблочный мужчина гор, страница 69 – Евгения Оул

И наверняка ещё из-за того, что вспомнила наши горячие ночи, лыбилась слишком сильно. И Трисс это взбесило. А ещё и то, что Бен к ней так и не потеплел и продолжал не только держать дистанцию, но и вёл себя иначе. Он открыто показывай ей свою неприязнь. И так же открыто показывал наши отношения всем вокруг. И если раньше это ограничивалось нашей компанией. То за эту неделю он меня и в кафе водил, и в кино, и целовал долго и очень глубоко прямо на улице, игнорируя любопытные взгляды прохожих.

Старшие только понимающе улыбались, младшие ойкали и отворачивались. Некоторые же парочки тоже начинали вторить нам.

Ну и как бы из-за этого теперь в Редтауне появилась новая традиция — по вечерам среды, около 18:00 — целовать свою пару или того, кого ты любишь. Напоминание о том, что не обязательно должен быть праздник или выходной, или тот же вечер пятницы, дабы расслабиться и снова показать свои чувства дорогим тебе людям. И да, это было чертовски мило.

Но для меня — дико смущающе. Потому что стать кем-то наподобие легенды — слишком ново и необычно. Об этом даже в местной газете написали. И что Кристина, что Лукас — родственники, блин — вырезали наше с Беном фото, когда мы целовались, и повесили себя в рамочки. Лу — в доме, Кристина — у себя в кафе.

Так что я туда теперь заглядывала чисто за пирогом на вынос, ибо чувствовала себя неловко, ловя любопытные взгляды. Хотя при первом моем появлении здесь я тоже привлекала внимание, но тогда было иначе — я боялась людей.

Сейчас же просто смущалась, замечая теплые улыбки. Но люди не лезли с вопросами, не шутили и никак это не комментировали. Только некоторые благодарили за чудную и правильную традицию.

— Ты постоянно топчешься на территории частной собственности, да и в целом ведешь себя, как ненормальный преследователь, — пока я вспомнила приятные моменты прошедших двух недель, Бен сверлил взглядом Трисс. И покосился на меня удивленно, когда я слегка сжала его задницу, ведь моя рука всё так же покоилась в кармане его джинс. Я же только невинно улыбнулась, радуясь тому, что наконец-то пожмакала его привлекательный шикарный зад, от которого так тяжело иногда отвести взгляд.

— Я просто хочу помириться! — в сердцах воскликнула женщина и я даже могла бы похлопать её удивительной актерской игре. Ей бы в театр идти играть или ещё куда. — И ты называл меня жестокой, но сам стоишь передо мной — своей бывшей невестой и матерью сына — но при этом флиртуешь открыто с другой.

А что мы? Мы ж ничего, обнимались просто.

— И в город ты её водил, показывал ваши натянутые отношения, — всё никак не унималась Бич, не замечая, что у Бена запульсировала от раздражения вена на шее, — только чтобы позлить меня. Но я усвоила урок!

Кажется, Трис либо была больна голову и жила в собственном мирке, либо делала вид, что ничего не понимает. И я уже сомневалась, что она на самом деле знала Бена, ведь не улавливала его настроения совершенно.

— Я теперь знаю, что причинила тебе боль. Теперь мы квиты. Так что давай оставим это всё позади и начнём жить счастливо, как настоящая семья, о которой ты мечтал, — жалобно закончила она, драматично смахнул слезы и даже пару раз всхлипнув. Я же вопросительно посмотрела на Бена.

Мне было интересно, что же он ей скажет дальше, да и неужто раньше он хотел семью с детьми, а со мной уже нет? Но тут же от неприятного чувства отмахнулась.