Книга Жара в Архангельске, страница 174 – Оливия Стилл

— А ты очень изменилась с лета, — сказал Оливе Хром Вайт, — Ты стала ещё красивее. Я тебя так ждал…

Олива обернулась на Салтыкова. Однако он всецело был поглощён разговором с Яной.

Тем временем ребята стали рассаживаться в машины. Решено было ехать Оливе, Яне, Салтыкову и его брату в машине Бивиса. Там оставалось ещё одно место для Пикачу, которой Олива настоятельно предлагала поехать с ними. Однако Пикачу наотрез отказалась и сказала, что поедет с ребятами.

— Да как ты с ними поедешь-то? — горячилась Олива, — Смотри, ну кто поместится в машину Сани Негодяева: Кузька, Макс Капалин, Паха, Немезида, Хром Вайт – уже шесть! Да ты седьмая. А у нас место свободное пустует...

— Нет, я с ребятами поеду, — талдычила Пикачу, — Ну, тесно, ну, пусть Хром Вайт с вами сядет.

— Слушайте, кончайте базар! — потеряла терпение Яна, — Я уже замёрзла тут стоять и ждать, пока вы рассядетесь.

— Янго, садись в машину, — Салтыков галантно распахнул перед ней заднюю дверцу.

— Но как же… — растерялась Олива.

— Мелкий, ну чё ты кипишуешь? Оставь в покое Пикачу — хочет, пусть едет с ними, — тихо сказал Салтыков, дёрнув Оливу за рукав, — Ну, нравится ей Макс Капалин… Чё ты, прям я не знаю...

— Откуда ж я знала, что он ей нравится?

— Знать надо было! Откуда...

Оливе не понравился тон, которым разговаривал с ней Салтыков. Другой бы радовался, что к нему девушка любимая приехала, которую два месяца не видел, не знал бы, куда и посадить. А тут такой тон, как будто он с ней уже лет десять живёт бок о бок, и ему до смерти надоела жена. Олива ещё могла бы смириться с этим, если б действительно прожила с ним в браке десять лет — можно было бы понять, что чувства со временем приелись, но тут-то всё было по-другому! Они встречаются только полгода, в сумме жили вместе не более двух недель — как она могла надоесть ему? Если уже сейчас он так пофигистически относится к ней и даже Яне уделяет больше внимания — то что же будет дальше, когда они поженятся, станут жить вместе… Олива подумала об этом и ужаснулась. Нет, нет, это я наверно всё накручиваю, подумала она. Но настроение всё равно упало.

«Ладно, зачем портить Новый год выяснением отношений… — думала Олива, когда они уже мчались в машине по Ломоносовскому проспекту, — Пусть уж пока будет, как оно будет. А потом… потом...» Но ей было даже страшно представить, что будет потом, и она поспешила отогнать от себя эти мысли прочь.

Между тем, все приехали до квартиры, в которой друзьям предстояло жить и тусить все новогодние праздники. Это была уже не та квартира, которую Салтыков снимал для Оливы летом. В квартире была уже не одна, а целых три меблированных комнаты.

— О, какая прелесть! — воскликнула Яна, увидев спальню с массивной двухспальной кроватью, покрытой красным атласным покрывалом. Над кроватью висело бра из двух светильников; окно было завешено гардинами в тон покрывалу.

— Это твоя комната, — сказала ей Олива, — Располагайся.

— Но, мелкий, а где же мы будем спать? — тихо сказал Оливе Салтыков.

— В гостиной на диване, — ответила та.

— Но, мелкий...

— Не будь эгоистом, — отрезала Олива, — Я заметила, что всё самое лучшее ты хочешь забрать себе. А так нельзя.

— Почему же нельзя?! — вскипел Салтыков, — Для чего я работаю, по-твоему?