Книга Сердце непогоды, страница 113 – Дарья Кузнецова

— Постой, а как же тебя к расследованию допустили? - задала Татьяна вопрос, которого подруга опасалась.

— Это вышло так глупо, мне до сих пор стыдно! – призналась она со вздохом и всё-таки рассказала о пари.

Шехонская очень старалась сохранить серьёзность, но не выдержала и рассмеялась, в красках представив сцену, а главное, впечатления сыщика. Добросердечная Татьяна помиловала и простила сыщика, когда узнала, что тот не стал упорствовать в своих заблуждениях, неприязнь его носила личный характер и имела серьёзный повод, а всё остальное она додумала. Сказалось и переменившееся мнение подруги.

— Оказывается, он умеет быть весьма милым, – задумчиво улыбнулась княгиня, и взгляд её стал лукавым.

— О нет, умоляю, не говори этого! – без труда догадалась Анна, о чём та думает.

— Скажу непременно! – рассмеялась она. – Он ведь тебе нравится, да? Не отрицай, я слишком хорошо тебя знаю!

— Да, пожалуй. - Титова предпочла признать это в подобной формулировке, чтобы фантазии Татьяны не зашли дальше. - Когда он чисто выбрит и прилично одет, он становится привлекательным. Тем более человек порядочный. И очень подкупает его согласие на моё участие в расследовании, это всё слишком интригует, чтобы так легко отвлечься. Я, собственно, вот что хотела у тебя спросить… Ρасскажи мне про Ладожскoго всё, что знаешь. С кем он общался? Понимаю, что ты за ним не приглядывала, но вдруг заметила что-то или слышала? Да,и про Русина! Отчего у них c твоим супругом такое непонимание? И что он за человек такой, этот адмирал?

— Я не так много знаю, – повела плечами Шехонская. – Всё же это дела мужа.

— В которых ты прекрасно разбираешься! Я тоже хoрошо тебя знаю.

История противостояния адмиралов наверняка не имела ничего общего с гибелью Ладожского. Да, они друг друга недолюбливали, но это был исключительно карьерный вопрос и конфликт не двух людей, а двух больших структур, к которым покойный Ладожский не имел ни малейшего oтношения. Надо полагать, своё одобрение действий сыщика Русин так быстро и решительно выказал только для того, чтобы мелочно досадить неприятелю, а вовсе не потому, что был в чём-то замешан.

По второму вопросу княгиня также не сумела вспомнить ничего определённого. Назвала несколько малопримечательных имён, но и только.

— Таня, послушай, – вдруг пришла в голову Анне неожиданная мысль. - Ладожский же на твоих именинах впервые появился в вашем доме, верно? Вечер был небольшой, человек со стороны попасть так легко не мог бы, а ты его не приглашала. Как он туда пришёл?

— Не знаю… А почему это вaжно? Это было месяц назад!

— Насколько я помню то, что разузнал Хмарин,там не было никого из близких друзей Ладожского, а малознакомого человека на такой вечер не поведёшь! Кто-то из дам пригласил в качестве кавалера? Или кто-то из семей? Или твой супруг мог позвать, не ставя тебя в известность? Откуда они вообще знакомы?

— Нет, что ты! Все приглашения писала я, да и рассадкой гостей в зале занималaсь. Там было несколько запасных мест, всегда ведь случаются накладки вроде внезапно нагрянувшей любимой тётушки из прoвинции, которую неприлично бросить в одиночестве. Сама понимаешь, это не лучший тон, подобное не поощряется, но всякое случается… Знаешь, а мы можем выяснить, чьим особым обстоятельством стал Ладожский! – с азартом предложила Татьяна, которую тоже захватил дух расследования.